Николай Цискаридзе взял Бастилию

Николай Цискаридзе

Новогодняя неделя (с 28 декабря по первые числа января) — пик зимнего сезона в Париже, куда устремляются толпы туристов, чтобы встретить Новый год в этой красивейшей столице Старого Света. Одна из его несомненных достопримечательностей — знаменитый парижский балет, который в это «горячее время» года каждый день дает представления на двух сценах — во Дворце Гарнье и в Опере на площади Бастилии.

В этом году он решил показать в балете «Баядерка» двух наших звезд — русские давно не выступали с парижским балетом! Еще в начале декабря на сцене Бастилии трижды партию Никии станцевала балерина Мариинского театра Светлана Захарова, буквально покорившая Париж и заслужившая эпитет «божественная». А на престижнейшие новогодние спектакли дирекция Парижской Оперы пригласила премьера Большого театра Николая Цискаридзе, который со все нарастающим успехом станцевал Солора в трех парижских «Баядерках». Этот балет он исполнял и 31 декабря — в свой день рождения. В Париже цветы на сцену артистам балета не выносят — зато у служебного подъезда его с букетами и подарками ждали поклонники, специально прибывшие на его спектакли из России, Англии, Японии...

Партия Солора — одна из самых эффектных и любимых в репертуаре Цискаридзе. Но в Париже идет своя — нуреевская — редакция «Баядерки», хореографический текст которой в корне отличается от привычного московского. Он перенасыщен техническими «наворотами» в нуреевском духе, порой кажется надуманным и нелогичным. Большие батманы тут соседствуют с маленькими па де ша, а коды словно «позаимствованы» из «Дон Кихота». Цискаридзе фактически заново пришлось учить всю партию, и наша звезда на несколько недель добровольно превратилась в послушного ученика, на собственном опыте постигая, сколь тяжела участь парижских этуалей. С ним по 3 — 4 часа в день партию разучивали прекрасные репетиторы Патрисия Руан, Клотильд Вейе, незабываемая Сильфида парижского балета Гилен Тесмар.

Наряду с профессиональнейшими дамами по желанию самого Цискаридзе с ним каждый день репетировал тонкий и элегантный премьер труппы Лоран Илэр — именно он танцевал Солора на премьере нуреевской «Баядерки» и, как никто, смог показать все исполнительские тонкости и нюансы. «Николай — настоящая звезда. Репетировать с ним — большое удовольствие. Освоив наши „парижские стандарты“ и стиль, он предложил собственное, притом очень эмоциональное решение партии», — после первого спектакля Цискаридзе с нескрываемой гордостью отметил Илэр, который волновался не меньше, чем его именитый «русский подопечный».

Московского премьера опекали, профессиональными советами ему помогали также балетмейстеры Ролан Пети и Пьер Лакотт — оба работали с Цискаридзе еще в Большом над «Пиковой дамой» и «Дочерью фараона». Сейчас в Париже говорят о том, что, очевидно, через год-полтора эти два балета Большой покажет в столице Франции. Не потому ли в начале февраля в Москву должен прибыть Пьер Лакотт, чтобы наконец-то восстановить свою многострадальную «Дочь фараона»?

В паре с Цискаридзе танцевали яркие дамы — Мари-Аньес Жилло, впервые выступившая в партии Никии, и Стефани Ромберг, недавно первый раз исполнившая Гамзатти. Они — технически сильные, высокие, статные балерины, за дуэт с которыми наш премьер заслуживает особой похвалы. А его виртуозный, легкий, воздушный сольный танец вызвал особый восторг и у зрителей, и у профессионалов. Бастилия была взята!

На «Баядерку» с Цискаридзе собрался весь балетный бомонд Парижа. На первом спектакле в зале присутствовало и руководство Большого в лице Анатолия Иксанова и Бориса Акимова. Акимов, как и руководитель «Гамбургского балета» Джон Ноймайер, был членом международного жюри, которое оценивало результаты проходившего в это же время ежегодного конкурса балета Парижской Оперы на занятие вакантных должностей в вышестоящих группах. Каждый из участников исполнял одну обязательную вариацию, вторую — по собственному выбору. Увы, его результаты оказались более чем скромными...

Высокую оценку Николай Цискаридзе получил и у придирчивой французской прессы. Ярчайшим представителем новой волны балета Большого его назвал известный балетный обозреватель газеты «Фигаро» Рене Сирвэн. Изящную открытку с символической надписью «редкая птица» ему вместе с подарком преподнес его репетитор Лоран Илэр. Он также пользовался особым вниманием и любовью суровой директрисы парижского балета Брижитт Лефевр. Особо всех присутствующих поразил говорящий попугай балетмейстера Пьера Лакотта по имени Пахита, который, впервые увидев нашего принца, покачал головой и отчетливо произнес: «О-го-оо!!!» Говорят, подобной похвалы еще никто не был удостоен!

Виолетта Майниеце

реклама

вам может быть интересно