Гаврилин. Оратория «Скоморохи»

Buffoons

Состав исполнителей: баритон, дискант, мужской хор, оркестр.

История создания

Валерий Александрович Гаврилин / Valery Gavrilin

В 1966 году в ленинградском театре имени Ленсовета ставилась пьеса «Через сто лет в Березовой роще» драматурга и сценариста В. Н. Коростылёва (1923—1997), автора пьес «Шаги командора», «Дон Кихот ведет бой», «Праздник одиночества (Пиросмани)», «Варшавский набат», «Бригантина», нашумевшего в свое время кинофильма «Айболит — 66». Музыку пригласили писать Гаврилина, всего три года назад окончившего консерваторию, но уже успевшего зарекомендовать себя ярким и самобытным композитором.

Гаврилин вспоминал: «Меня пригласили... на спектакль... Там я познакомился с Вадимом Николаевичем Коростылёвым. Автор поэтичный, философичный, ученик Тынянова, человек тыняновской школы. Я влюбился в эту пьесу. Там были такие стихи!» Для спектакля им были написаны чегыре скоморошьих хода, как их назвал автор — «Как цари убили смех на Руси», «Скоморох смеется над барином, идущим на восстание», «Скоморох пугает царей страхом» и «Про царево убиение», — а также Императорский вальс, монашеский хор, хор царей, николаевский марш и Шествие на Петровскую площадь. К сожалению, спектакль прошел всего три раза в 1967 году и был снят: по-видимому, показался чересчур острым.

Позднее композитор рассказывал: «Мне было жаль, что музыка пропадет... Сделал сочинение более симфоническим, обновил вокальную строчку, добавил несколько сцен на русскую поэзию. Это первое сочинение, где я как-то нащупал форму действа... Сохранил скрытую сюжетность. В идеале это сочинение предназначено для миманса и балета».

В партитуру вошли четыре скоморошьих хода и Императорский вальс. Получившая название «Скоморохи», оратория для солиста, хора и оркестра, партитура была отдана композитором А. Владимирцову, руководителю эстрадно-симфонического оркестра радио. Так в 1967 году возникла первая редакция сочинения.

Гаврилин продолжал работать над ним. К 1970 году добавились новые номера — «Скоморохи на Невском», «Сказка», «Черная река», оркестровые эпизоды «Шествие на Петровскую площадь», «Государева машина» и «Скоморохи на природе», и небольшие, но очень важные драматургически «Ой, вы, песни» и «Скоморошек молодой», в которых появился еще один солист — мальчик-дискант. Эта вторая редакция «Скоморохов» восемь лет ждала первого исполнения. Оно состоялось 19 января 1978 года в Большом концертном зале «Октябрьский» с участием балета.

Дальнейшие исполнения и издание произведения были запрещены всесильным тогда Горлитом — цензурным комитетом, которого не устроили тексты, действительно очень смелые и вызывавшие нежелательные для власти ассоциации. По этому поводу много лет спустя, уже после падения советской власти, Гаврилин сказал: «Я всегда считал, что художники — это люди, которые говорят правду. Каждый — способом своего искусства. Работая над «Скоморохами», я старался сказать правду, сколько я ее знал и сколько я ее чувствовал. Судьба у этого сочинения не очень пока радостная. Я не люблю, как делают сейчас многие, рассказывать о том, что запрещалось, что не запрещалось. Любому художнику всегда приходится сталкиваться с властями, начальниками, независимо от строя. Какое бы устройство не было — монархия, демократия или социалистический строй — все равно за что-то будут бить обязательно. «Скоморохи» много лет были под запретом из-за текстов. Частично удалось что-то из них исполнить. Это, действительно, путешествие по России. С одной стороны, это история русской государственности, а с другой стороны, для меня тоже важной, — ведь сочинению уже тридцать лет, — это своеобразная история и антология русской музыки. Я был тогда начинающим композитором, увлекался фольклором, народным творчеством, творчеством всех русских композиторов, которых боготворю и сейчас.

В «Скоморохах» есть образцы, идущие прямо из народного крестьянского творчества. Для меня сам народ представлялся в виде огромного веселого скомороха, у которого смех сквозь слезы. Видимый смех сквозь невидимые слезы. И далее у меня в скоморохов обращаются все люди, которые так или иначе являли миру какие-то открытия правды. Это портреты композиторов Модеста Мусоргского, Дмитрия Шостаковича, моего учителя и друга Георгия Свиридова».

С приходом к власти Михаила Горбачева появились надежды на возможность исполнения, и в 1986 году Гаврилин осуществил третью редакцию «Скоморохов», в которой некоторые части от солиста были переданы хору. «Пятнадцать номеров оратории образуют форму, в которой сюжет как будто бы призван осветить ряд эпизодов истории России в лубочном представлении скоморошьего театра, — пишет редактор сочинения композитор Г. Белов. — Но «видят» это действо не только слушатели (зрители) в зале, но и солист оратории. Кто он? Вероятно, авторы произведения представляют его как фигуру собирательную. То солист — как бы один из скоморохов: начиная с №3 он размышляет о недоле крепостного артиста и бедственной его судьбе, когда этот артист осмеливается высказать правду; иногда как старший он «беседует» со скоморохом-мальчиком. То солист — это просто человек из народа, задумывающийся о своем горьком житье-бытье («Черная река»). То он далеко не равнодушный наблюдатель порочного флирта вальсирующего императора. И, наконец, он снова разудалый скоморох (№13, «Про царево убиенье»). Есть в произведении и чисто инструментальные... части, с одной стороны, вероятно, предназначенные для скоморошьего «балета» (пантомимы), а с другой — призванные подчеркнуть общую философско-этическую концепцию оратории: историческая судьба России еще не исчерпала трагедий, связанных с противостоянием народа и власти, с безнравственностью социального и бюрократического гнета... В оратории скоморохи «обсмеивают» в сатирических сценках в сущности-то трагические вехи русской истории: физическое истребление скоморохов... подавление декабрьского восстания... расстрел царской семьи... Однако Гаврилину-художнику силой своего драматического таланта удается сразу вслед за «Картинкой» скоморошьего балагана донести до слушателя эмоциональную реакцию современника... выражающую ужас от содеянного...»

В третьей редакции «Скоморохи» были исполнены впервые 15 марта 1986 года в Большом зале Московской консерватории. Успех был потрясающим. Одна из слушательниц того концерта писала: «Зал приветствовал автора, исполнителей. Гаврилин, прижимая к груди руку, выглядел растерянным, кланялся где-то в глубине сцены, кланялся истово, как сын отцу-матери после благословения на дальнюю путь-дорогу...». А Микаэл Таривердиев после прослушивания прислал телеграмму, в которой были такие строки: «Это потрясение удивительное, полное бесконечной красоты и таланта... Счастлив, что являюсь Вашим современником».

Музыка

«Скоморохи», определенные композитором как оратория-действо, — одно из самых ярких и значимых его творений. В пятнадцати номерах простыми, лаконичными средствами достигнута огромная искренность и правдивость образов. Музыка отличается хлесткостью, дерзкой сатиричностью, блеском звучания как хора, так и оркестра. Наряду с ясной, традиционной оркестровкой, композитор прибегает и острым современным средствам — использованию кластеров, длительной игрой древком смычка у струнных, игрой глиссандо ad libitum. В оркестр классического парного состава привнесены такие инструменты, как орган, гитара, балалайка, даже детский молоток. В некоторых случаях Гаврилин прибегает к эффекту не поющих, а ритмизованно говорящих групп хора.

От №1, оркестровой «Сказки», играющей роль вступления, действие развивается по восходящей — через остро сатирические скоморошьи ходы, на мгновение прерываемые тоскливым и многозначительным соло баритона «Ой вы, песни мои, песни, песенки сердечные. Ой вы, думы мои, думы вековечные», через страшное, словно надвигающаяся неведомо откуда нечеловеческая сила, «Шествие на Петровскую площадь» к №7, «Скоморохи на природе». Это передышка после кошмарных в своем глумливом бесшабашном веселье картин, лирический островок, светлый оркестровый эпизод, лишь в заключении которого появляются реплики — ритмизованная, но без точной звуковысотности речь баритона «Ладушки, ладушки...» №8 — почти акапельный хор «Черная река» (его сопровождает гул литавр, да ту же мелодию играют два кларнета) и №9, краткий разговор солистов «Скоморошек молодой, далеко ли отошел? От моря до моря, до Москвы до города», внезапно сменяются еще более страшным, чем прежние механистичным оркестровым эпизодом «Государева машина» (№10), непосредственно после которого звучит величественный и горький, ироничный и трепетный «Императорский вальс». №13, «Про царево убиенье» — вершина глумливого смеха, приводящая к острой реакции: №14, снова «Сказка», в которой звучит потрясенно лишь одна фраза: «Ой ты, нонешной народ...». Краткое оркестровое «Заключение» (№15) помечено ремаркой композитора «Ропот толпы, беспокойство».

Л. Михеева

реклама

вам может быть интересно

Гайдн. Симфония No. 104 Симфонические

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Композитор

Валерий Гаврилин

Год создания

1967

Жанр

вокально-симфонические

Страна

СССР

просмотры: 5076
добавлено: 12.01.2011



Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть
Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть