Антон Паисов: «Когда беру в руки партитуру, мне хочется её сыграть»

Игорь Корябин, 08.09.2016 в 20:09

Антон Паисов

Молодой камерный коллектив «Antonio-orchestra», основанный его художественным руководителем, выпускником Московской консерватории, флейтистом и дирижером Антоном Паисовым, свой первый концерт в Москве дал 24 апреля 2015 года. А концерт, состоявшийся в Евангелическо-лютеранском кафедральном соборе святых апостолов Петра и Павла 24 июня нынешнего года, стал для оркестра 25-м по счету! Его программу составил популярнейший «Реквием» Моцарта.

Количество сыгранных этим коллективом концертов за период чуть больше года впечатляет, но, встретившись с создателем «Antonio-orchestra» после проведенного им 25-го концерта, я вдруг понял, что разговор с маэстро нельзя ограничивать лишь темой выпестованного им музыкального дéтища. И не ошибся: Антон Паисов оказался на редкость интересным собеседником, и поговорить с ним действительно было о чём!

– Мы познакомились с вами в Антверпене в Опере Фландрии на премьере постановки «Хованщины» Мусоргского. Это было в 2014 году: спектакль ставил дирижер Дмитрий Юровский, а вы были его ассистентом. Каковы ваши впечатления от той работы?

– В силу многих аспектов это был крайне полезный опыт! Мне было очень интересно и важно почувствовать атмосферу театра, накал оперного процесса, специфику работы с оркестром, хором и солистами, ведь музыкальный театр – это совсем иной, в отличие от симфонического оркестра, творческий мир. Моя работа заключалась не только в разучивании музыкального материала с оркестром, хором и солистами, но и в проведении сценических репетиций и корректур. Мне также довелось поработать и с режиссером – американцем Дэвидом Олденом. Помню, меня тогда поразило его знание русской истории! Хотя в Москве я много времени провел и на репетициях Михаила Юровского – на постановках «Пиковой дамы» Чайковского и «Огненного ангела» Прокофьева в Большом театре, – работа с Дмитрием Юровским на «Хованщине» в Антверпене и Генте стала уникальной возможностью познать постановочную работу изнутри, ощутить себя ее частью.

– А как возникла идея создания собственного оркестра?

– Идея создания своего коллектива пришла ко мне еще в 2013 году. Тогда я был дирижером Оркестра Радио «Орфей» и ассистентом дирижера в Оркестре «Русская филармония». Уже тогда у меня были свои творческие идеи, которые не всегда удавалось воплотить в жизнь. Мне хотелось определенной свободы действий, к тому же мне давно хотелось исполнить произведения своей мамы, ведь она – профессиональный композитор!

«Antonio-orchestra»

– Когда же состоялся ваш первый выход к оркестру?

– Свой первый опыт дирижирования я приобрел в 2012 году в Прокофьевском зале Музея музыкальной культуры имени Глинки с Камерным оркестром «Cantus firmus». Тогда я еще учился на дирижерско-симфоническом отделении консерватории у Владимира Понькина. В программу концерта вошли Дивертисмент фа мажор Моцарта, Две лирические и Две норвежские пьесы Грига, Пьеса для струнного оркестра моей мамы и Вальс из Серенады для струнных Чайковского, а также исполнялись мои собственные сочинения. Так что в том концерте я выступил как флейтист, дирижер и композитор.

– Значит, композиция – одно из ваших творческих устремлений?

– Композитор в какой-то степени всегда жил и живет внутри меня. Когда беру в руки партитуру и начинаю ее слышать, мне сразу же хочется ее сыграть – и не просто сыграть, а привнести в нее что-то свое, новое! В долгосрочной перспективе даже планирую сочинить оперу! И поскольку очень многим я обязан своей маме, мечтаю и о том, что, став дирижером, смогу исполнять ее сочинения, многие из которых просто ждут своего часа. Мне пока удалось лишь сыграть ее Пьесу для струнного оркестра, написанную в 1965 году в качестве дипломной работы. Тогда она была исполнена известным в то время дирижером, профессором Московской консерватории Михаилом Тэрианом, и эта запись попала на хранение в Госмузфонд СССР. Мне же удалось представить ее в программе своего первого в качестве дирижера концерта.

– День рождения вашего коллектива «Antonio-orchestra» я помню очень хорошо, так как находился в числе слушателей. Это был поистине незабываемый вечер! Понятно, что инициатива создания коллектива исходила от вас, но ведь без спонсорской поддержки подобные начинания просто невозможны…

– В этом отношении весомую поддержку нам оказал Благотворительный фонд содействия развитию музыкальной культуры «Бельканто». Евангелическо-лютеранский собор Петра и Павла в Старосадском переулке – зал с потрясающей для восприятия музыки акустикой, и нам дали возможность регулярно выступать в нем, предоставив всё необходимое техническое и финансовое обеспечение. У меня и у моей жены, органистки Олеси Кравченко, с Фондом «Бельканто» давно сложились тесные, дружеские контакты. На этом творческом заделе и появился «Antonio-orchestra». Прошло уже больше года после этого, и вот уже скоро мы планируем запись и выпуск нашего первого диска.

– Помимо Собора Петра и Павла с момента своего основания «Antonio-orchestra» играл и на других московских площадках – и я вспоминаю мартовское выступление оркестра в Малом зале консерватории, фактически в стенах вашей alma mater

– И это одна из причин того, что названное вами выступление было для нас особенно важным и ответственным! Другая причина – то, что мы приняли участие в Московском международном органном фестивале, представив на нем интереснейший, на мой взгляд, Концерт для органа с оркестром советского композитора и органиста первой половины XX века Михаила Старокадомского. Из наследия этого талантливейшего мастера сегодня звучит очень мало, а его Органный концерт не игрался с середины 30-х годов, с момента единственного исполнения в Москве. Так что совместными усилиями на этом фестивале мы его просто вернули к жизни: партию органа исполнила моя супруга.

Олеся Кравченко и Антон Паисов

– Как слушатель в тот вечер я получил сильнейшее позитивное впечатление и от открытия новой для себя музыки, и от ее исполнения. А комплектованием «Antonio-orchestra», подбором музыкантов занимались и занимаетесь сейчас непосредственно вы?

– Конечно! Среди участников оркестра – и мои друзья-музыканты, и мои сокурсники, и молодые талантливые студенты, которых мне рекомендовали. Сейчас «Antonio-orchestra» – коллектив камерный, но со временем, надеюсь, он станет и симфоническим.

– 25 сыгранных концертов – это уже впечатляющее число. Как музыкант, как художественный руководитель довольны ли вы созданной вами командой?

– Вопрос сложный, ведь известно, что если художник своим творчеством доволен, то на этом творчество и кончается. Так что я как дирижер быть довольным результатами своего творчества и творчества своего коллектива, наверное, в абсолютном понимании не буду никогда. И всё же некая удовлетворенность тем, что начало оркестру положено, тем, что уже удалось накопить довольно разнообразный репертуар, конечно же, у меня есть. Есть приятное осознание и того, как нас принимает публика, без которой мы никогда не остаемся. За это время мы даже приобрели слушателей, которые регулярно стали посещать наши концерты. Главное, что я четко знаю: в оркестре есть костяк музыкантов, с которыми можно уверенно идти вперед, так как главные художественные «подвиги» в жизни – это, как известно, те, которые еще не совершены.

– Классический вопрос, который всегда интересно задавать дирижеру: какая психология вам ближе – дирижер-либерал или дирижер-диктатор?

– Еще один трудный вопрос. Я считаю, что нужно давать своим музыкантам определенную свободу и прислушиваться к их мнению. Но с другой стороны, нужно уметь доносить до них свои идеи так, чтобы это было убедительно. Что же касается организационной стороны дела, дисциплины, отношений в коллективе, то здесь иногда нужно быть и жестким.

– Так как вы сами делаете переложения, то включаете ли вы в репертуар оркестра какие-то известные опусы в своих авторских аранжировках?

– Как-то раз мой брат Иван показал мне довольно известное переложение танцев из оперы Глинки «Руслан и Людмила» для гобоя и фортепиано. Я же сделал аранжировку этих танцев для струнного оркестра. Это было весьма необычно, так как раньше этого не делал никто. Это произведение мы сыграли в мае прошлого года в «Царицыно» на фестивале, посвященном Дню славянской письменности. Вообще, в наших программах мы стараемся совмещать популярные, известные сочинения с современной музыкой. К примеру, не так давно мы исполняли «Violoncelles, vibrez!» – пьесу для двух виолончелей известного итальянского композитора и виолончелиста Джованни Соллимы.

Антон Паисов

– А не исполнял ли уже «Antonio-orchestra» ваши собственные сочинения?

– Возможно, когда-нибудь это случится, но пока мы играли только мои аранжировки. О танцах из «Руслана и Людмилы» я уже сказал, а кроме этого были еще «Юморески» Дворжака и «Времена года» Чайковского. Особо примечательным, на мой взгляд, получилось исполнение переложения Сюиты из балета Чайковского «Щелкунчик» для струнного состава, арфы и органа. Это было еще более необычно, и это было также впервые. Мне кажется, очень важно, чтобы в программах, в которых исполняются даже вполне традиционные и привычные сочинения, время от времени возникала бы какая-нибудь аранжировочная новинка. Время от времени стараюсь выходить с оркестром и в качестве солиста. К примеру, мы уже сыграли Концерт ре мажор Вивальди для флейты с оркестром «Щеглёнок», и это – случай не единичный: солировал я и в другом репертуаре.

– Как я понимаю, музыка была заложена в вас уже на уровне генов, поэтому вопроса, по какому пути идти в жизни, уверен, перед вами даже и не стояло. А что помнится из вашей семейной родословной?

– Музыканты в нашей семье были еще в поколении прадедов. Моя прабабушка пела романсы с ресторанной эстрады. А мой дедушка Алексей Иоакимович Чудов, родился в Ярославле в 1890 году, окончил Московскую консерваторию по классу скрипки в 1914 году у Ивана Гржимали и Георгия Дулова. Кроме этого он играл и на трубе. До войны дедушка работал в Оркестре кинематографии, был знаком с Рудольфом Баршаем. А во время войны он создал свой духовой оркестр и ездил с ним по фронтам, поднимал боевой дух бойцов! Моя бабушка играла на домре в Краснознаменном военном ансамбле Александра Александрова.

– А теперь несколько слов о музыкальной стезе ваших родителей…

– Как я уже упоминал, моя мама Татьяна Алексеевна Чудова – композитор, профессор Московской консерватории, лауреат Премии Ленинского комсомола 1984 года за Симфоническую трилогию «Советской молодежи посвящается» («Тимур и его команда», «Как закалялась сталь», «Молодая гвардия»). Она окончила Московскую консерваторию в 1968 году. Ее наставниками были Юрий Шапорин и Тихон Хренников. Еще студенткой она стала ассистентом Хренникова. Мама и по сей день на преподавательской работе. В числе ее учеников Александр Чайковский, Михаил Броннер, Александр Градский.

Мой папа Юрий Иванович Паисов – дирижер-хоровик и музыковед: он также выпускник Московской консерватории. В 60-х годах работал в Хоровой капелле Александра Юрлова с самим ее руководителем. В 1993 году защитил докторскую диссертацию по теме «Современная русская хоровая музыка», и стал известен как автор монографии «Политональность». Бóльшую часть жизни он проработал во Всесоюзном научно-исследовательском институте искусствознания (ныне Государственный институт искусствознания), а также читал лекции в Академии хорового искусства имени Виктора Попова.

Антон Паисов

– И всё же хочу спросить: может быть, альтернатива музыке для вас была?

– Думаю, что нет. С раннего детства я бывал на уроках композиции в классе Тихона Хренникова и Альберта Лемана. Кроме того, наша квартира на Пресне иногда напоминала филиал консерватории на дому. Студенты приходили каждый день и показывали свои сочинения. Мои брат и сестра тоже музыканты: Иван – гобоист, Анна – арфистка, оба выпускники Гнесинки. Есть в моей биографии и такой памятный эпизод. Дело было зимой в Доме творчества композиторов в Рузе. Мне, наверное, тогда было годика четыре. Мы шли с мамой по улице, и вдруг меня за руку взял какой-то дядя. Разговаривая, он проводил нас до дома, после чего мы с ним распрощались. Уже дома мама спросила меня: «Сынок, ты знаешь, кто сейчас вел тебя за руку?» – «Нет, – говорю, – не знаю». – «Тебя вел за руку сам Евгений Светланов!» Он ведь был замечательным композитором, и очень любил отдыхать в этих местах. Несмотря на то, что я был совсем маленьким, этот эпизод я помню очень хорошо и отчетливо. Уже в сознательном возрасте я был на концерте Светланова в Большом зале консерватории: играл он тогда Шестую симфонию Чайковского, и это было незабываемо!

Я и сам начал сочинять музыку с раннего детства, и сочинял довольно настойчиво. Ездил на разные юношеские конкурсы, получал даже какие-то награды, лауреатские звания. У меня есть сочинения камерной, фортепианной и вокальной музыки (вокальный цикл). А уже с семилетнего возраста я начал всерьез увлекаться симфонической музыкой. У мамы была большая библиотека партитур и клавиров, а также богатая коллекция грампластинок. И я целыми днями просиживал с партитурами, слушая всё подряд – Чайковского, Шостаковича, Прокофьева, Бетховена…

В тот момент я уже поступил в ЦМШ, и мне было интересно всё! Именно тогда впервые после встречи с маэстро Светлановым в Рузе и произошла первая встреча с его симфоническим творчеством: подавляющее большинство записей в маминой фонотеке было сделано именно Светлановым! Это дополнительное самообразование дало мне невероятно много. Помню, особо мне нравились «Картинки с выставки» Мусоргского, а также «Жар-птица», «Петрушка» и даже «Весна священная» Стравинского. Эти сложнейшие партитуры я уже тогда, можно сказать, знал наизусть, пытался играть их на рояле, постигая гармонию Стравинского, которая меня всецело захватывала.

ЦМШ, безусловно, заложило во мне очень прочную музыкальную базу. Это комплекс глубокого и полного образования по сольфеджио, гармонии, теории музыки, ритмики, хорового пения. Тогда это еще была старая основательная школа, опиравшаяся на великолепные педагогические кадры. Но мне, конечно же, повезло еще и в том, что я получал домашнее образование и со стороны своей мамы.

– В ЦМШ вы стали учиться именно игре на флейте?

– Флейтой я начал заниматься еще до поступления в ЦМШ, и, поступая, уже прилично на ней играл. Был, естественно, большой конкурс, но меня услышал Юрий Николаевич Должиков и взял в свой класс. С этого и началось мое профессиональное флейтовое образование. Одиннадцать лет в ЦМШ пролетели, будто на одном дыхании, и после этого я поступил в Московскую консерваторию, так что флейта стала моей первой музыкальной специальностью. При этом также я стремился овладеть и фортепиано, на уровне более профессиональном, чем дает курс общего фортепиано. Но зато благодаря флейте, я попал в оркестр уже в 9 лет! Это были Детский оркестр Стефана Андрусенко и Всемирный юношеский оркестр Леонида Николаева. И сегодня мой путь от музыканта юношеского оркестра к дирижеру, а затем и к созданию собственного коллектива, мне представляется вполне естественным и закономерным.

– Из сыгранных «Antonio-orchestra» 25-ти концертов я был на трех, а в Соборе Петра и Павла – на первом (на «Временах года» Вивальди) и последнем (на «Реквиеме» Моцарта). В той ли степени здешняя акустика хороша для исполнения, как и великолепна для музыкального восприятия?

– Для публики эта акустика безусловный подарок, а как исполнитель скажу, что играть в этой акустике очень приятно и что она, скорее, помогает. Но есть и с ней определенные сложности. Всегда с особой тщательностью приходится подбирать темпы исполнения быстрых частей произведений. Если их сделать чрезмерно быстрыми, есть опасность частичного слияния штрихов и динамики: в этой акустике тонкость музыкального рисунка в очень быстром темпе становится трудно различимой. Но мы уже приноровились, и всегда в этом отношении стараемся быть особо внимательными. Есть еще одна техническая трудность: строй большого старинного органа конца XIX века в этом соборе несколько ниже, чем оркестровый, но внизу есть еще и маленький орган, которой мы используем чаще всего, так как именно это проблему со строем сразу же и решает. Так что всех – и тех, кто о нас уже давно знает, и тех, которые до недавнего времени о нас ничего не знали, – мы ждем на наших концертах!

Беседовал Игорь Корябин

реклама

вам может быть интересно

Мамы, дети, музыка Классическая музыка
Русский мир глазами европейца Классическая музыка

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Тип

интервью

Раздел

классическая музыка

просмотры: 2849



Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть
Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть