Звёзды оперы: Стефани д’Устрак

Юлия Монтэль, 08.05.2014 в 19:09

Стефани д’Устрак

Жизнь ничего не стоит, если нет возможности делиться своими чувствами

На сцене Большого зала Московской консерватории продолжается уникальный фестиваль «Опера Априори». 12 мая «лучшая барочная певица Франции» Стефани д’Устрак (меццо-сопрано) впервые выступит в России, исполнив программу из сочинений Берлиоза в сопровождении оркестра Musica Viva. Предлагаем вашему вниманию эксклюзивное интервью, которое певица дала порталу Belcanto.ru накануне концерта.

— Вы начали карьеру с барочных партий. Но в Вашем оперном и концертном репертуаре есть не только Люлли, Рамо, Пёрселл, но и Гайдн, Моцарт и Россини, Бизе и Оффенбах, Дебюсси, Пуленк и Равель. Почему для знакомства с русской публикой Вы выбрали именно романтика Берлиоза, чувствуете ли Вы себя послом французской музыки?

— Я стараюсь охватить в своей работе разные эпохи и стили. Уже в консерватории нам приходится соприкасаться со всеми певческими жанрами: концертным выступлением, ораторией, оперой. Благодаря случаю и везению я попала на прослушивание к прекраснейшему музыканту и человеку театра Уильяму Кристи. Он сумел разбудить мой темперамент, его вера и энтузиазм воплотили в жизнь мои артистические мечты.

Берлиоз — связующее звено между этими первыми годами «барочной трагедии» и новым этапом, в который я вступила сейчас, например, с Кармен... Мэтр французской музыки, Берлиоз, увы, больше исполняется за рубежом, чем во Франции... Его лирическая кантата «Смерть Клеопатры» — это мелодрама, которая всеобъемлюще отвечает моей страстной любви к сцене — к воплощению образа.

— Расскажите немного о ваших вокальных педагогах. Кого из них Вы считаете главным Учителем, в чём выражались основные принципы его школы?

— На этот вопрос я не могу ответить односложно... У меня было много учителей, среди них — ваш соотечественник Олег Афонин, подаривший мне мою первую сольную роль — Белинду в «Дидоне и Энее» Пёрселла в 17 лет. Но более остальных мне дала Маргрит Хониг, она имела смелость признаваться в том, что не знает как справиться с той или иной сложностью в материале, и мы должны были искать решение вместе. Поначалу это пугает, но заставляет работать на уроке более активно, так как всемогущий профессор превращается в коллегу. И я безгранично благодарна ей за этот жизненный урок. Кроме того, я работаю с фониатром, который заинтересован не столько в конечном вокальном результате, сколько в сохранении моего певческого аппарата во время вокальных упражнений, а это — очень непростая задача!

— Можно ли говорить сейчас об особенной французской вокальной школе? Согласны ли Вы с тем, что в последние десятилетия понятие «национальная школа» нивелировано? Кого Вы считаете носителями французской вокальной традиции?

— Не знаю, можно ли говорить о какой-то особенной «французской вокальной школе», но, безусловно, каждый язык имеет свои особенности и трудности для вокалиста: наш язык, для того, чтобы оставаться понимаемым, требует прозрачного звучания в сочетании с носовыми звуками. Проблема нашего времени заключается в универсализации не только вокальной техники, но и в нивелировании техники стилистической; совершенно необязательно играть на инструменте эпохи для того, чтобы получить соответствующее стилю звучание, но, всё же требуется время, чтобы воспитать культуру исполнения и найти характерную для каждой эпохи краску. Мы часто уступаем культу удобства извлечения привычного звука.

— Работаете ли Вы с педагогами отдельно над стилистикой звука в произведениях разных эпох, или первоначальная правильная техника (подобно балетному станку) позволяет Вам не задумываться об этом на репетиции?

— Мне кажется, невозможно сейчас не задумываться над интерпретацией, имея огромное количество появившихся в мире записей, а также проделанной в последнее время работе по изучению стилей... Консерватория же обогатила и укрепила мою любовь к музыке вообще и к концертной деятельности в частности, в годы учёбы я познакомилась с пианистом Паскалем Журданом, с которым я постоянно работаю, хочется верить что наше сотрудничество будет длиться.

— Вы собираетесь давать мастер-класс для вокалистов в Московской консерватории. Часто ли Вам приходится давать мастер-классы? Что даёт вокалисту педагогическая практика? С каким репертуаром Вы готовы работать? Что, если молодые певцы принесут на прослушивание незнакомые Вам произведения, — допустим, русскую музыку?

— Это мой первый опыт мастер-класса. Иногда я даю уроки или просто консультации, но для систематических занятий мне не хватило бы времени. Мне нравится углубленно работать над своим репертуаром. Я не боюсь экспериментов и новых испытаний, делиться с кем-то своими сомнениями и изысканиями. Это позволяет двигаться вперед, но никогда не нужно спешить!

— Приходилось ли Вам работать с русской классикой? Возможно, Вам знаком цикл романсов Чайковского на французские тексты, посвящённый его несостоявшейся возлюбленной Дезире Арто? Что из русской музыки Вам ближе всего?

— Нет, к моему огромному сожалению! Я исполняю немецкую, итальянскую, английскую, испанскую, венгерскую, бретонскую музыку... Но пока не работала с русским репертуаром! Возможно, это комплексы небольшого французского голоса?

— Ваши интервью и исполнительская культура убеждают в том, что Вы — не только представительница музыкальной и культурной династии, но образованный, начитанный человек. Как по-Вашему, может ли артист быть интересным на сцене только за счёт интуиции и темперамента? Или отсутствие фундаментальных знаний, историческая неграмотность исполнителя «слышны» в зале?

— Ваше замечание для меня удивительно, ибо я очень страдаю от недостатка собственной культуры, что компенсируется моей требовательностью в работе. Вся сложность для артиста, как раз, и состоит в том, чтобы найти золотую середину между начитанностью, непосредственностью и темпераментом. Прекрасный коктейль!

— В опере Вы цените диалог с партнёром. Что для Вас оркестр на концертной сцене — полноценный партнёр, руководитель или аккомпаниатор?

— Было бы досадно обеднять себя отношением к оркестрантам как к простому аккомпанементу. Конечно, мы — партнеры, имеющие общую будоражащую эмоции страсть. Жизнь ничего не стоит, если нет возможности делиться своими чувствами.

— Я знаю, что Вы не переслушиваете свои записи, но любите ли Вы сам процесс записи — добиваетесь ли безупречности звука или предпочитаете спонтанность исполнения.

— Каков критерий безупречного звука? Идеально сбалансированная запись, слаженная игра музыкантов? Лично у меня нет ответа на этот вопрос. Но могу сказать честно, я горжусь своими аудио- и видеозаписями, потому что всегда стараюсь быть максимально искренней и не боюсь рисковать.

— Поговорим о театре. В России продолжаются горячие споры о режиссерской интерпретации в оперном театре. Как Вы относитесь к жесткому стилю современной режиссуры? Готовы ли Вы безгранично подчиняться «диктату» режиссера, иными словами, насколько необходима современному оперному театру режиссура?

— Я обожаю играть комедию и, еще больше, трагедию. Всемогущий режиссер мне не страшен, потому что ему самому сперва нужно защитить свою концепцию перед директором театра. Мне повезло: у меня нет опыта тягостного сопротивления в процессе репетиций, надеюсь, что и впредь буду работать только в атмосфере взаимного доверия...

— Расскажите немного о Ваших ближайших работах, если это возможно. Нет ли в планах, например, «Вертера» Массне? В партии Шарлотты нашлось бы место вашему вокальному и актёрскому диапазону. С каким Вертером Вам хотелось бы встретиться на сцене?

— Шарлотта — это мечта, которая обязательно однажды реализуется. А пока в моих планах на будущий сезон — Орфей в «Орфее и Эвридике» Глюка, Лазули в «Звезде» Шабрие, Секст в «Милосердии Тита» Моцарта, Консепсьон в «Испанском часе» Равеля, Кармен... А еще — запись диска французских мелодий вместе с моим другом Паскалем Журданом, участие в «Реквиеме» Дюрюфле с Национальным Оркестром Иль-де-Франс и «Детстве Христа» Берлиоза в «Ла Моннэ»...

Какой Вертер для моей Шарлотты? Не желая обидеть никого из нынешних и будущих исполнителей этой партии, мне кажется, что Йонас Кауфман — почти совершенство.

Беседовал Матвей Монтэль
Перевод с французского Юлии Монтэль

реклама

Ссылки по теме

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть
Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть