Концертный «Макбет» Капеллы Полянского

Мария Жилкина, 01.02.2014 в 23:06

Государственная академическая симфоническая капелла России под руководством Валерия Полянского в рамках продолжающийся торжеств, приуроченных к 200-летию Джузеппе Верди, 24 января показала московской публике новую масштабную работу. В концертном исполнении на сцене Концертного зала им. Чайковского прозвучала опера «Макбет», довольно редко вспоминаемое в России, хотя и популярное на западной сцене произведение.

Оперу «Макбет» оценивают по-разному.

Возможно, замах на Шекспира, тем более на одну из величайших трагедий, ставил перед молодым еще композитором слишком ответственную задачу, которую музыкальными средствами того периода вердиевского творчества до конца реализовать было и невозможно. Возможно, в опере действительно есть некоторые драматургические слабости и несоответствия отдельных легковесных участков партитуры глубине шекспировских страстей. Однако, достоинства оперы, в целом, сомнения не вызывают, как и наличие в ней прекрасных отдельных номеров, успешно исполняемых певцами в концертах.

В партитуре «Макбета» заметны переходные черты.

Любые новшества в творческом почерке автора не возникают в одночасье. Не бывает так, чтобы еще вчера композитор писал в своем «раннем» стиле, а наутро следующего дня начал оперу уже в новом – в реальности, все происходит постепенно и не без противоречий. И написанный Верди в 1846-1847 году «Макбет» – это как раз пример такого необходимого связующего звена между «ранним» стилем композитора, с более упрощенными оркестровками и сфокусированным вниманием к сложному «красивому пению» и новым стилем композитора, который обретет расцвет через несколько лет в триаде «Риголетто» — «Трубадур» — «Травиата».

Но из этого следует, что даже просто поиск вокалистов на главные партии, сочетающие виртуозности более раннего стиля с подлинно вердиевским драматизмом, представляет собой немалую проблему. Поэтому причины, почему наши театры не жаждут браться за это произведение, скорее объясняются отсутствием кадрового потенциала для его исполнения, нежели качествами самой оперы. Впрочем, и оркестру, особенно духовой группе, тут тоже есть над чем поработать, в связи с чем особая хвала руководителю и артистам ГАСК – рискнувшим, потрудившимся, освоившим материал и в итоге выигравшим.

Верди придавал большую значимость шекспировским сюжетам в своих операх,

вообще, а над «Макбетом», в частности, работал с удвоенной тщательностью – он сам делал прозаическую схему либретто, привлекал к его написанию разных поэтов-либреттистов, а спустя 18 лет после итальянской премьеры вернулся к работе над музыкой и существенно дописал последнюю часть оперы для Парижской премьеры (добавился оркестровый материал (для балетных номеров, в духе французской оперы) и торжественный финал (итальянский вариант заканчивался смертью Макбета).

В практике закрепилась (и исполнялась на нынешнем концерте) именно французская версия 1865 года, в которой фактически весь 4 акт – это уже образец достаточно зрелого творчества Верди. Дать это прочувствовать зрителю, рационально распределив силы, подобраться к кульминационному финалу – еще одна непростая задача оркестра и дирижера, и с ней, надо признать, Полянский и его коллектив также справились успешно.

Опера непроста с точки зрения настроения.

Хотя мрачно-мистический колорит легенды о жизни шотландских королей разбавлен у Верди и сугубо театральными фрагментами, есть и довольно жизнеутверждающие мотивы сцены застолья, и вышеупомянутый финал, общий настрой все же глубоко трагичен, преобладает тяжелая черная краска.

Особенно сложной это делает исполнение партии Леди Макбет для примадонны-сопрано, на месте которой в этот вечер была Елена Евсеева, ранее отметившаяся удачами уже во многих оперных проектах Капеллы. Вокальный талант и мастерство певицы бесспорны, однако нельзя сказать, что она справилась с той сверхзадачей, которую предписывал своей героине композитор.

Он считал главной в опере ее, а не титульного героя, но при этом Леди Макбет, по словам самого Верди, должна выглядеть «уродливой и злой», «чтобы ее голос был резкий, глухой, мрачный». А Евсеева пела, напротив, красивым, одновременно и округлым, и полетным голосом, мягко входила в звук, раздувала богатые обертонами длинные ноты, филировала умопомрачительные переходы на пианиссимо, в общем, всецело услаждала слух. Осуждать ее за это было бы странно!

Из минусов, наверное, стоит признать не самое блестящее преподнесение «Vieni t'affretta» несколько замедленное не столько даже по фактическому темпу, сколько затяжеленное по ощущениям. Зато сцена безумия в четвертом акте была сделана просто филигранно.

Однако из-за «мягкоголосости» Леди Макбет смысловые акценты переместились,

и главным злодеем стал, собственно, Макбет (Сергей Топтыгин). Не уверена, был ли певец в тот день полностью здоров (день, вообще, по ощущениям музыкантов по атмосферно-погодным условиям выдался не самым благоприятным, но певцы мужественно терпели и боролись со сложной партитурой).

Есть также сомнения, что настолько широкая размытая специализация и всеядность (включая большие затратные баритоновые партии, как в этой опере, притом, что у певца в активе есть и басовые герои), вообще может обойтись для голоса без потерь. Однако

лидером концертной постановки Топтыгину остаться удалось

— благодаря запоминающемуся тембру и энергии, вкладываемой в исполнении, а также, в значительной степени, за счет незаурядного актерского дарования, на которое он сделал обдуманную ставку с самого начала.

Вокальные шероховатости, конечно, присутствовали, этого отрицать нельзя – были и интонационно неустойчивые ноты, и некорректные подъезды в звук, когда задуманное портаменто превращалось почти в глиссандо. Но несмотря на это, трагический образ получился – звук был по-вердиевски яркий, краски отчетливые, и в целом, по драматической части можно было только воскликнуть «Верю!» на все сто процентов.

Помимо главной пары вокалистов – короля и дамы – в колоде Полянского был приготовлен еще и джокер – исполнитель партии положительного героя Макдуфа Максим Сажин, с 2013 года штатный тенор ГАСК. Честно говоря, за него волновались больше всего, ведь Топтыгин и Евсеева – мастера опытные. А вот как бывший солист детского театра им. Сац, раньше певший чаще характерные партии, покажет себя в роли вердиевского тенора – вот где интрига! Удивительно, но несмотря на сохранившийся флер характерности,

героическая партия Сажину удалась, особенно ключевая ария скорби о погибшей семье.

И вообще, работа в Капелле, как представляется, станет прекрасным и очень важным этапом в карьере певца. Здесь он поработает с именитыми партнерами и споет те великие партии, которых мог бы еще очень долго ждать в рамках чисто театральных проектов. А наработанная (годами пения в не самой лучшей акустике «глухого» зала его прежнего театра) резкость звука – обточится, голос приобретет дополнительную округлость.

Конечно, пока еще этот момент – резковатого, чуть более плоского, чем у партнеров, звукоизвлечения – присутствует (особенно это видно в ансамблях, где тенор несколько выделяется). Но эволюция налицо, и уже сейчас у него в голосе появляется ранее несвойственный объем, а интонирование и «слышимый» звук были его сильными сторонами всегда.

Бас Михаил Гужов (Банко) в этот раз каких-то особых достижений не проявил,

спел партию в пределах установленных норм, в меру красиво, но не более того. В какой-то момент показалось, что вибрато у него становится довольно замедленным, хотя совсем в качку оно, к счастью, не перешло; тут, возможно, тоже повлиял погодный катаклизм. Кроме того, невыигрышное для Гужова соседство с весьма басовитым Макбетом в этот вечер не дало слушателям насладиться тембральным отличием баса от баритона, герои оказались где-то на одной высоте.

Леонид Бомштейн (Малькольм), Кирилл Филин (Доктор) и Анна Пегова (Придворная дама) спели свои скромные партии уверенно и достойно. К ним в совсем крошечных сольных выходах присоединились и отдельные участники хора капеллы, тоже прозвучавшие вполне надежно.

Работу хора, в целом, можно было бы оценить очень высоко, если бы не одна странная загадка в выступлении женской группы.

Сюжет «Макбета», как мы помним, предполагает два появления на сцене ведьм, предсказывающих будущее титульному герою. В первой сцене ведьм в самом начале звук был хоть и чистый, и подсвеченный характерными красками по сюжету, но довольно жидкий по мощности, а после перерыва те же самые ведьмы вдруг самым мистическим образом зазвучали ярко.

Не хочется сравнивать музыкальный коллектив со спортивной командой, внезапно заигравшей совсем иначе после тренерской взбучки в перерыве матча, но со стороны эффект был примерно такой.

Хотя, может быть, дело и в каких-то подзвучивающих акустических фокусах, благо что всяческой аппаратуры на сцене присутствовало немало – велась запись и трансляция оперы в интернете. В пользу этой же версии говорят и, например, странные отдельные звуковые «выстреливания» в оркестре у ударных и некоторые другие моменты.

Подводя итоги, не могу в очередной раз не выразить восхищение упорством и энтузиазмом Валерия Полянского,

конструирующего для нас концертные исполнения великих опер – силами наших отечественных солистов, без всяких приглашенных иностранных гостей, с хорошей работой оркестра и хора. Будем продолжать наблюдать за результатами этой плодотворной работы.

Автор фото — Илона Ремез / culture.ru

реклама

вам может быть интересно

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Тип

рецензии

Раздел

опера

Театры и фестивали

Концертный зал имени Чайковского

Персоналии

Валерий Полянский

Коллективы

Капелла Полянского

Произведения

Макбет

просмотры: 2901



Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть
Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть