Звёзды оперы: Дмитрий Корчак

Татьяна Елагина, 30.01.2014 в 19:24

Дмитрий Корчак

Нашим читателям не надо представлять тенора Дмитрия Корчака. Его выступления в операх и концертных программах не раз вызывали положительные отклики на страницах Belcanto.ru и OperaNews.ru. Каждый приезд Дмитрия в родную Москву становится событием. А уже сложившийся «свой» круг публики, ценящей прежде всего интеллигентное исполнение и не только полётный чистый голос, но и редкую музыкальность молодого артиста, готовится к его концертам заранее. Сегодняшняя беседа состоялась в преддверии концерта Дмитрия Корчака в Зале Чайковского 14 апреля и участия в заглавной роли в «Вертере» Массне 26 апреля в Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко.

— Дмитрий, с нашего прошлого большого интервью прошло два года. Какие события творческой жизни за это время наиболее значимы для Вас?

— За эти два года произошло огромное количество важных выступлений, дебютов как в театрах, так и в новых партиях. Я не привык рассматривать выступления, разделяя их по значимости. Все они важны одинаково. Самое важное, что по истечении этих двух лет я с уверенностью могу сказать, что шел всегда только вверх, каждое выступление меня двигало вперед и как певца, и как музыканта.

— Интернет-меломаны имели возможность услышать аудио-запись Вашего Ленского прошлой весной из Венской оперы в нашумевшем дебюте Анны Нетребко в партии Татьяны. Многих, в том числе и меня, это исполнение убедило, понравилось. Только один неясный момент, отмеченный несколькими незнакомыми между собой слушателями. Ваш Ленский словно с лёгким акцентом поёт по-русски. Что это — осознанная краска, потому что «из Германии туманной привёз учёности плоды..» или иное?

— Что касается акцента в пении. Вероятно, стоит считать это недостатком, к которому можно придраться. Но я настолько глубоко сижу в зарубежном репертуаре, так называемом bel canto, что мой голос настроен на другую манеру пения, отличающуюся в плане артикуляции от русской. Перестроиться в момент на пять дней в году мне не просто, да и партия Ленского достаточно центральная. Это мои личные ощущения, которые позволяют мне без труда и вреда для голоса между сложнейшими высокими по тесситуре операми петь Ленского в таком большом театре как Венская государственная опера.

— Знаю, что Владимир Андреевич Атлантов был на одном из венских спектаклей «Евгения Онегина». Очень хвалил Вас, кроме вокала отмечал ностальгически-нежно: «Дима такой худенький!»

— Я счастлив, что Владимир Андреевич с Тамарой Андреевной Милашкиной посетили все мои последние спектакли в Венской Опере — и «Онегина» с «Севильским», и «Дон Жуана» с «Золушкой». Это для меня большая честь, так как они очень редко ходят на какие-либо представления. Не только я, но и все певцы волновались вдвойне в те вечера, когда «сам Атлантов» сидел в зале. Его похвала после «Онегина», его слова, что именно такой и должен быть Ленский, что его тронуло мое исполнение в актерском и музыкальном плане — самая высокая оценка этой работы для меня.

— Хотелось бы лично от Вас услышать ответ на некую сетевую сплетню, хотя и позитивную. Итак: «Корчак такой крутой музыкант, так на фортепиано играет сам, что всё учит – готовит в принципе без концертмейстера, вплоть до выхода на оркестровые репетиции».

— Приятная сплетня, спасибо. Да, действительно, я в состоянии играть партитуру и самостоятельно выучить партию. Но это, однако, не означает, что я прихожу сразу на оркестровую репетицию. Для подготовки партии требуется концертмейстер-коуч, позволяющий тебе сосредоточиться на технических деталях освоения музыки, стиля и того самого произношения. Так как петь французский репертуар во Франции или итальянский в Италии надо иметь некоторую смелость. И спокойствие с уверенностью могут дать только идеальное произношение. И, кстати, к слову из моего опыта скажу Вам, что многие иностранцы поют лучше по-итальянски или по-французски, чем сами носители языка. Это связано, как правило, с меньшим обращением внимания к произношению на родном языке, как и множество разговорных диалектов, естественно влияющих на артикуляцию. Так что всем есть над чем работать и к чему стремиться. И очень приятно бывает, когда после спектакля, предположим в Италии, подходят итальянцы и говорят о хорошем произношении, удивляясь моей совсем не итальянской фамилии.

— Ждём Вашего Вертера в Стасике. Расскажите немного о Вашем видении этого популярнейшего романтического образа.

— Вертер — любимая мною партия, которую я давно мечтал спеть. Несколько лет назад я пел спектакли в Италии с Анной Катариной Антоначчи. Партия оказалась очень удобной для меня в техническом плане. Ну а о музыке можно вообще говорить бесконечно — прекрасна каждая нота. Но при исполнении этой партии для меня очень важен именно актерский аспект. Образ самого Вертера. Когда я раньше слушал эту партию, мне не давало покоя то, что поют ее, как правило, очень крепко, со «спинтовым» посылом (что часто происходит и в Ленском). Но ведь Вертер был совсем юноша — 23 года. И в музыке это очень чувствуется: лирична, романтична, изысканна, трогательна и при этом настолько проникновенна! Поэтому для меня очень важно постараться показать зрителю именно этого молодого наивного, идеалиста-Вертера. И, конечно, то влияние, которое именно эта история оказала на целое поколение людей — волна самоубийств, «синдром Вертера» в Европе — всю силу этого произведения зритель должен почувствовать.

— Хотелось бы узнать подробней о программе, концепции предстоящего концерта в КЗЧ 14 апреля с Хором Академии Хорового искусства.

— Я с большим нетерпением жду этого концерта — премьера программы, которую я нигде еще не представлял, впервые будет исполнена именно на этом концерте в Москве. Мы с Хором Академии записали диск, который весной должен выйти на лейбле Сони. Именно программу с этого диска мы и исполним в Москве, для русской публики первой. Далее планируются концерты в Европе, но для меня было важно, что премьера пройдет дома, в Москве. Конечно, такие концертные программы уникальны еще и потому, что, как правило, всегда в концертах звучат оперные арии. Но данный концерт будет целиком состоять из русской народной и духовной музыки — это важнейший пласт нашей культуры. Я бы очень хотел, чтобы зрители могли услышать, например, народную музыку не только в исполнении поп-певцов или народных исполнителей, а именно вернуть традицию исполнения ее оперными певцами, как раньше это делали Козловский, Лемешев, Атлантов, Гедда.

Поскольку инициаторами концерта выступили мы с хором, делаем его полностью на свои средства, у нас была мысль обратиться к РПЦ с просьбой об информационной поддержке этого концерта, ведь исполнение духовной музыки русских композиторов — большая редкость. Будем надеяться, что им будет интересно это мероприятие. Тем не менее, концерт состоится, и мы очень надеемся увидеть в зале тех, кому интересно и небезразлично то, что мы делаем.

Наш концерт 14 апреля мы посвящаем памяти дорогого, любимого учителя Виктора Сергеевича Попова. 2014 год — юбилейный год, ему исполнилось бы 80 лет. Именно Виктор Сергеевич привил мне, и всем своим ученикам любовь к духовной и народной музыке, мы пели ее с самого раннего детства и на концертах в России, и в ходе концертных турне от Германии и Японии, и везде зал принимал эту музыку с большим энтузиазмом. 14 апреля мы хотим исполнить жемчужины русской духовной и народной музыки так, как учил нас этому Виктор Сергеевич.

— Большое спасибо, Дмитрий. Будем ждать, что вместе с весенним солнцем порадуют москвичей и Ваши новые выступления.

Беседовала Татьяна Елагина

реклама

вам может быть интересно

Ссылки по теме

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Тип

интервью

Раздел

опера

Персоналии

Дмитрий Корчак

просмотры: 4455



Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть
Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть