Звёзды оперы: Дмитрий Корчак

Татьяна Елагина, 30.01.2014 в 19:24

Дмитрий Корчак

Нашим читателям не надо представлять тенора Дмитрия Корчака. Его выступления в операх и концертных программах не раз вызывали положительные отклики на страницах Belcanto.ru и OperaNews.ru. Каждый приезд Дмитрия в родную Москву становится событием. А уже сложившийся «свой» круг публики, ценящей прежде всего интеллигентное исполнение и не только полётный чистый голос, но и редкую музыкальность молодого артиста, готовится к его концертам заранее. Сегодняшняя беседа состоялась в преддверии концерта Дмитрия Корчака в Зале Чайковского 14 апреля и участия в заглавной роли в «Вертере» Массне 26 апреля в Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко.

— Дмитрий, с нашего прошлого большого интервью прошло два года. Какие события творческой жизни за это время наиболее значимы для Вас?

— За эти два года произошло огромное количество важных выступлений, дебютов как в театрах, так и в новых партиях. Я не привык рассматривать выступления, разделяя их по значимости. Все они важны одинаково. Самое важное, что по истечении этих двух лет я с уверенностью могу сказать, что шел всегда только вверх, каждое выступление меня двигало вперед и как певца, и как музыканта.

— Интернет-меломаны имели возможность услышать аудио-запись Вашего Ленского прошлой весной из Венской оперы в нашумевшем дебюте Анны Нетребко в партии Татьяны. Многих, в том числе и меня, это исполнение убедило, понравилось. Только один неясный момент, отмеченный несколькими незнакомыми между собой слушателями. Ваш Ленский словно с лёгким акцентом поёт по-русски. Что это — осознанная краска, потому что «из Германии туманной привёз учёности плоды..» или иное?

— Что касается акцента в пении. Вероятно, стоит считать это недостатком, к которому можно придраться. Но я настолько глубоко сижу в зарубежном репертуаре, так называемом bel canto, что мой голос настроен на другую манеру пения, отличающуюся в плане артикуляции от русской. Перестроиться в момент на пять дней в году мне не просто, да и партия Ленского достаточно центральная. Это мои личные ощущения, которые позволяют мне без труда и вреда для голоса между сложнейшими высокими по тесситуре операми петь Ленского в таком большом театре как Венская государственная опера.

— Знаю, что Владимир Андреевич Атлантов был на одном из венских спектаклей «Евгения Онегина». Очень хвалил Вас, кроме вокала отмечал ностальгически-нежно: «Дима такой худенький!»

— Я счастлив, что Владимир Андреевич с Тамарой Андреевной Милашкиной посетили все мои последние спектакли в Венской Опере — и «Онегина» с «Севильским», и «Дон Жуана» с «Золушкой». Это для меня большая честь, так как они очень редко ходят на какие-либо представления. Не только я, но и все певцы волновались вдвойне в те вечера, когда «сам Атлантов» сидел в зале. Его похвала после «Онегина», его слова, что именно такой и должен быть Ленский, что его тронуло мое исполнение в актерском и музыкальном плане — самая высокая оценка этой работы для меня.

— Хотелось бы лично от Вас услышать ответ на некую сетевую сплетню, хотя и позитивную. Итак: «Корчак такой крутой музыкант, так на фортепиано играет сам, что всё учит – готовит в принципе без концертмейстера, вплоть до выхода на оркестровые репетиции».

— Приятная сплетня, спасибо. Да, действительно, я в состоянии играть партитуру и самостоятельно выучить партию. Но это, однако, не означает, что я прихожу сразу на оркестровую репетицию. Для подготовки партии требуется концертмейстер-коуч, позволяющий тебе сосредоточиться на технических деталях освоения музыки, стиля и того самого произношения. Так как петь французский репертуар во Франции или итальянский в Италии надо иметь некоторую смелость. И спокойствие с уверенностью могут дать только идеальное произношение. И, кстати, к слову из моего опыта скажу Вам, что многие иностранцы поют лучше по-итальянски или по-французски, чем сами носители языка. Это связано, как правило, с меньшим обращением внимания к произношению на родном языке, как и множество разговорных диалектов, естественно влияющих на артикуляцию. Так что всем есть над чем работать и к чему стремиться. И очень приятно бывает, когда после спектакля, предположим в Италии, подходят итальянцы и говорят о хорошем произношении, удивляясь моей совсем не итальянской фамилии.

— Ждём Вашего Вертера в Стасике. Расскажите немного о Вашем видении этого популярнейшего романтического образа.

— Вертер — любимая мною партия, которую я давно мечтал спеть. Несколько лет назад я пел спектакли в Италии с Анной Катариной Антоначчи. Партия оказалась очень удобной для меня в техническом плане. Ну а о музыке можно вообще говорить бесконечно — прекрасна каждая нота. Но при исполнении этой партии для меня очень важен именно актерский аспект. Образ самого Вертера. Когда я раньше слушал эту партию, мне не давало покоя то, что поют ее, как правило, очень крепко, со «спинтовым» посылом (что часто происходит и в Ленском). Но ведь Вертер был совсем юноша — 23 года. И в музыке это очень чувствуется: лирична, романтична, изысканна, трогательна и при этом настолько проникновенна! Поэтому для меня очень важно постараться показать зрителю именно этого молодого наивного, идеалиста-Вертера. И, конечно, то влияние, которое именно эта история оказала на целое поколение людей — волна самоубийств, «синдром Вертера» в Европе — всю силу этого произведения зритель должен почувствовать.

— Хотелось бы узнать подробней о программе, концепции предстоящего концерта в КЗЧ 14 апреля с Хором Академии Хорового искусства.

— Я с большим нетерпением жду этого концерта — премьера программы, которую я нигде еще не представлял, впервые будет исполнена именно на этом концерте в Москве. Мы с Хором Академии записали диск, который весной должен выйти на лейбле Сони. Именно программу с этого диска мы и исполним в Москве, для русской публики первой. Далее планируются концерты в Европе, но для меня было важно, что премьера пройдет дома, в Москве. Конечно, такие концертные программы уникальны еще и потому, что, как правило, всегда в концертах звучат оперные арии. Но данный концерт будет целиком состоять из русской народной и духовной музыки — это важнейший пласт нашей культуры. Я бы очень хотел, чтобы зрители могли услышать, например, народную музыку не только в исполнении поп-певцов или народных исполнителей, а именно вернуть традицию исполнения ее оперными певцами, как раньше это делали Козловский, Лемешев, Атлантов, Гедда.

Поскольку инициаторами концерта выступили мы с хором, делаем его полностью на свои средства, у нас была мысль обратиться к РПЦ с просьбой об информационной поддержке этого концерта, ведь исполнение духовной музыки русских композиторов — большая редкость. Будем надеяться, что им будет интересно это мероприятие. Тем не менее, концерт состоится, и мы очень надеемся увидеть в зале тех, кому интересно и небезразлично то, что мы делаем.

Наш концерт 14 апреля мы посвящаем памяти дорогого, любимого учителя Виктора Сергеевича Попова. 2014 год — юбилейный год, ему исполнилось бы 80 лет. Именно Виктор Сергеевич привил мне, и всем своим ученикам любовь к духовной и народной музыке, мы пели ее с самого раннего детства и на концертах в России, и в ходе концертных турне от Германии и Японии, и везде зал принимал эту музыку с большим энтузиазмом. 14 апреля мы хотим исполнить жемчужины русской духовной и народной музыки так, как учил нас этому Виктор Сергеевич.

— Большое спасибо, Дмитрий. Будем ждать, что вместе с весенним солнцем порадуют москвичей и Ваши новые выступления.

Беседовала Татьяна Елагина

реклама

вам может быть интересно

Не оперой единой… Классическая музыка

Ссылки по теме

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Тип

интервью

Раздел

опера

Персоналии

Дмитрий Корчак

просмотры: 6572



Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть
Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть