Марис Лиепа

Māris Liepa

Марис Лиепа / Māris Liepa

Марис-Рудольф Лиепа родился 27 июля 1936 года в городе Риге. Он был вторым ребенком в семье Эдуарда и Лилии Лиепы. Его детство прошло в годы гитлеровской оккупации. Отец Мариса был мастером сцены в Рижской опере. Потеряв голос, Эдуард Лиепа был вынужден расстаться с мечтами о работе в хоре, и все же его склонность и любовь к пению осталась жива. Именно поэтому дети росли в атмосфере, наполненной музыкой и песнями. Когда Марису исполнилось семь лет, он начал петь в хоре мальчиков Рижского театра оперы и балета. Но о балете он даже не думал. Мальчик рос слабым, худеньким, и родителям посоветовали отдать его в балетную студию при Латвийской опере, впоследствии преобразованную в Рижское хореографическое училище, для того, чтобы он физически окреп, встал на ноги.

Сперва ему там не понравилось, тем более что он не видел результатов своего труда. Но потом учеников стали привлекать к участию в спектаклях. Это было уже интереснее. Только в апреле 1950 года, после поездки в Москву на Всесоюзный смотр хореографических училищ, Марис понял, что балет – это его судьба.

В училище его педагогом был Валентин Блинов, в прошлом отличный характерный танцовщик, и его ученику Лиепе тоже прочили карьеру характерного танцовщика. Все чаще Лиепа становился участником балетных спектаклей. Но уроки в училище он сочетал с активными занятиями спортом, был неоднократным чемпионом Латвии по плаванию. На соревнованиях по плаванию его и заметили отдыхавшие на Рижском взморье балетные педагоги из Москвы Елена Сергиевская и Николай Тарасов, ученик Николая Легата. Они способствовали перево – ду перспективного ученика Рижского училища в Московское академическое хореографическое училище (МАХУ). Перевод состоялся в 1953 году, два последних года Лиепа учился в МАХУ в классе Тарасова.

Как и во время учебы в Риге, Марис отличался необыкновенным упорством и стремлением к достижению поставленной цели. За два года учебы в хореографическом училище он не пропустил ни одного занятия.

Так же, как и в Риге, в Московском училище в Лиепе первоначально видели характерного танцовщика, но через год он исполнил партию Принца в спектакле МАХУ «Щелкунчик», а к выпускному концерту подготовил классические номера – па-де-де из балета «Дон Кихот» и партию Солора в акте «Тени» из «Баядерки». Это решило его дальнейшую судьбу – после выпуска из училища Марис Лиепа стал классическим танцовщиком.

В 1955 году Лиепа с отличием окончил Московское академическое хореографическое училище, имея все шансы остаться в Москве, но Министерство культуры Латвийской республики потребовало возвращения выпускника МАХУ в Ригу. «Меня, единственного отличника по всем профессиональным дисциплинам, не взяли в Большой театр, отправляли обратно в Ригу. В Министерстве культуры вежливо растолковали, что национальные кадры должны закрепляться на местах и что мое место в рижском театре. Стоит ли объяснять, в каком я был отчаянии!» – вспоминал позднее Лиепа.

За год работы в Государственном театре оперы и балеты Латвийской ССР он станцевал несколько сольных партий, в том числе па-д'эсклав из «Корсара» и гран-па из «Раймонды». В декабре 1955 года в Москве состоялась декада латышского искусства, и там Лиепу, исполнявшего партию скрипача Тотса в балете «Сакта свободы», увидела Майя Плисецкая. Она пригласила его принять участие в ее гастрольной поездке в Будапешт, где Лиепе предстояло выступить в роли Зигфрида (это было «Лебединое озеро» Горского – Мессерера). Затем он станцевал Зигфрида в Риге (в канонической редакции Петипа – Иванова). И, наконец, поступив в Московский академический музыкальный театр им. К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко, он исполнил эту же партию в новаторской для того времени редакции «Лебединого озера» Владимира Бурмейстера.

Его новый переезд в Москву вызвал непонимание и протест у рижских коллег. Многие считали, что Лиепа решился на это только ради славы и легкого успеха. А сам он прекрасно понимал, что достичь успеха на московской сцене будет гораздо сложнее, чем на рижской.

Этапным в его творчестве стал балет «Корсар». Его Конрад настолько поразил зрителей, что через некоторое время они стали приходить в театр «на Лиепу».

На сцене театра Станиславского и Немировича-Данченко Марис Лиепа танцевал четыре года. Он исполнил партии Феба в «Эсмеральде», Лионеля в «Жанне д'Арк», Чабана в «Лесной фее», Синдбада в «Шехерезаде». В 1957 году Лиепа участвовал в конкурсе классического и характерного танца в программе VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов и получил золотую медаль.

Летом 1960 года Мариса Лиепу пригласили участвовать в гастрольной поездке Большого театра в Польшу. На гастролях он станцевал партии в балетах «Тропою грома», «Дон Кихот» и в сцене «Вальпургиева ночь» из «Фауста» в хореографии Леонида Лавровского. После гастролей Лиепа получил приглашение от главного балетмейстера Большого театра СССР Леонида Лавровского поступить в труппу ведущего балетного театра страны.

В начале сезона 1960/61 года состоялся его официальный дебют на сцене Большого театра в партии Базиля в «Дон Кихоте». А вскоре он исполнил партию Альберта в «Жизели». Эта роль стала этапной в его карьере, именно за нее Лиепа впоследствии получил в Париже премию имени Вацлава Нижинского.

В этом же году Лиепа получил первый «свой» балет – Леонид Лавровский поставил для него «Ночной город» на музыку Белы Бартока «Чудесный мандарин».

1962 год был посвящен главным образом ролям в советских балетах. Это Георгий в «Страницах жизни» (постановка Л. Лавровского), Армен в «Гаянэ» (постановка В. Вайнонена) и Спартак в оригинальной по пластическому языку версии «Спартака» в постановке Леонида Якобсона. В том же году у Лиепы и его первой жены, артистки Московского театра драмы имени А.С. Пушкина Маргариты Жигуновой, родился сын Андрис, а в 1963 году – дочь Илзе.

1963 год стал годом «благородных» героев: Принц в «Золушке» (постановка Ростислава Захарова), принц Дезире в «Спящей красавице» и Жан де Бриен в «Раймонде». В этом же году Лиепа создал одну из своих лучших ролей – Ромео в спектакле Леонида Лавровского «Ромео и Джульетта». Кроме того, он взял мужской класс в Московском академическом хореографическом училище.

В 1964 году в Большой театр пришел Юрий Григорович. Вскоре он перенес на сцену Большого свою знаменитую постановку «Легенды о любви». В этом спектакле Лиепа создал одну из своих лучших ролей в советском репертуаре – Ферхада.

Вскоре Марис Лиепа всерьез задумался о деятельности постановщика. Первый опыт – восстановление спектакля-миниатюры «Видение розы», премьера которого состоялась еще в 1911 году в Монте-Карло. Тогда его поставил Михаил Фокин, а главные партии исполняли Тамара Карсавина и Вацлав Нижинский. Работа над постановкой была долгой и сложной. Большую поддержку Марису Лиепе оказали латышский танцовщик Арвид Озолинь, который когда-то работал с Фокиным в Монте-Карло, Тамара Карсавина, Марго Фонтейн. Он кропотливо и тщательно собирал различные материалы о балете, воспоминания зрителей и исполнителей, высказывания критиков, рисунки. Были восстановлены с максимальной точностью и костюмы, выполненные в свое время по эскизам прославленного художника Бакста. Почти десять лет ушло на восстановление десятиминутного шедевра.

Премьера «Видения розы» состоялась во время кубинских гастролей в ноябре 1966 года, а московские зрители смогли увидеть этот балет несколько позже – в июне 1967 года.

«Звездным» в биографии Лиепы стал 1968 год. В этом году состоялась премьера нового балета «Спартак».

Григорович первоначально предполагал дать Лиепе роль Спартака. Он уже даже начал ее репетировать. Но решение изменилось. Работа над созданием образа Красса полностью захватила Мариса Лиепу. Результаты превзошли все ожидания. Уверенная манера, мужественность, необыкновенная сила и широта движений – все это слилось в единый потрясающий образ властолюбивого Красса, олицетворяющего зло и насилие. В 1970 году за роль Красса Лиепе была присуждена Ленинская премия.

В начале семидесятых годов отношения Лиепы с Григоровичем ухудшились, а Григорович к этому времени стал полновластным хозяином в театре. Это привело не только к ограничениям в занятости артиста в текущем репертуаре и гастролях, но и препятствиям в создании им новых партий. После Зигфрида в «Лебедином озере» больше ни одной новой роли в балетах Григоровича Лиепа не получил: репетировал, но не получил возможности станцевать Курбского в «Иване Грозном», не был занят и в новой версии «Раймонды». Новые роли на сцене театра после 1970 года Лиепа получал только в балетах других балетмейстеров.

В 1972 году он станцевал Вронского в премьере «Анны Карениной», в 1974 году – Каренина в этой же постановке. В 1976 году Лиепа снялся в экранизации балета Большого театра «Спартак» в роли Красса и был удостоен почетного звания народного артиста СССР. В 1977 году он станцевал свою последнюю крупную игровую партию в Большом театре – принца Лимона в детском балете «Чиполлино». После опубликованной в 1979 году в газете «Правда» статьи Лиепы с критикой методов руководства театром Юрием Григоровичем около двух лет артисту не давали танцевать на сцене Большого театра.

В период незанятости в Большом театре Лиепа активно сотрудничал с новой балетной труппой под руководством Бориса Эйфмана: в 1981 году он станцевал Рогожина в «Идиоте» Бориса Эйфмана и солиста в его же «Автографах» вместе с Аллой Осипенко. В этом же году завершил учебу на балетмейстерском отделении ГИТИСа, поставил балет «Дон Кихот» и несколько балетных миниатюр в Днепропетровском театре оперы и балета. Только через два года «безработицы» в театре по личному приказу министра культуры СССР П.Н. Демичева 28 марта 1982 года состоялось возвращение Лиепы на сцену Большого театра. Но триумфально станцованный в тот вечер Красс стал последним выступлением Мариса Лиепы на сцене любимого театра: после «бенефиса» его вынудили уйти на пенсию (артисту было 45 лет).

В самом начале сценического пути Марис Лиепа, танцуя в кордебалете Рижского театра, получал зарплату в 600 рублей (старыми деньгами). По иронии судьбы он закончил карьеру в Большом тоже с зарплатой в 600 рублей.

В 1983–1985 годах по приглашению болгарского правительства Марис Лиепа работал художественным руководителем балетной труппы в Софийской народной опере, где поставил два балета – «Дон Кихот» и «Спящую красавицу». В этом балете Лиепа создал свои последние игровые роли в балете – короля Флорестана и феи Карабосс. В 1985 году болгарский балет отпраздновал 30-летие творческой деятельности Мариса Лиепы.

Осенью 1986 года внезапно скончался художественный руководитель латышского балета Александр Янович Лемберг. Он 18 лет простоял «у штурвала» балетной труппы и не раз задумывался о том, кого же выбрать своим наследником. Александр Янович не мог найти лучшей кандидатуры, чем Марис Лиепа. Но «завещание» Лемберга не имело никакого значения. Чиновники Министерства культуры обратились за советом в Москву, в инстанции, где полностью доверяли мнению Юрия Григоровича. А министр культуры Латвии Раймонд Паулс, с которым Марис в детстве учился в Рижской музыкальной школе им. Дарзиня, вежливо отмалчивался.

Малоодаренные танцовщики Рижского театра (примерно работавшие в профкомах и парткомах, за что начальство и оставляло их на службе) пребывали в панике: при Лиепе они мгновенно вылетят из театра, – это ясно! А тут еще прошел слух, что Марис приедет в Ригу не один, а с сыном, дочерью и еще несколькими солистами из Москвы…

Вакантный пост балетмейстера в Рижском оперном театре Марису Лиепе не доверили, создать в Риге новый театр балета на Тихой улице не позволили. Зато Моссовет принимает решение: создать Театр Мариса Лиепы в столице. В «Советской культуре» 4 марта 1989 года появилось объявление о конкурсе в театр «Балет Мариса Лиепы». А 26 марта 1989 года артист скончался. В Москве говорили: охранник не впустил его в Большой театр и отобрал пропуск; вот сердце и не выдержало.

Д. Трускиновская

реклама

вам может быть интересно

Лео Делиб Композиторы

Публикации

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Дата рождения

27.07.1936

Дата смерти

26.03.1989

Профессия

танцовщик

Страна

СССР

просмотры: 5554
добавлено: 29.03.2011



Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть
Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть