На милосердие не рассчитывайте

«Милосердие Тита» на Зальцбургском фестивале

18.09.2003 в 18:33

Доротея Решманн в роли Вителлии

Одной из важных премьер Зальцбургского фестиваля 2003 стала опера Моцарта «Милосердие Тита», поставленная, как и прошлогодний «Дон Жуан», любопытным тандемом - молодым режиссером Мартином Кушеем и блюстителем старинных традиций дирижером Николаусом Арнонкуром.

Опера «Милосердие Тита», написанная Моцартом одновременно с «Волшебной флейтой», скроена по законам вымирающей opera seria и не вписывается в ряд поздних моцартовских шедевров. Но несмотря на сюжет из римской жизни, непременные выходные арии для примадонн и кастратов, в La Сlemenza di Tito есть то тревожное и трагическое ощущение надвигающейся катастрофы, которое сопровождало композитора в последние месяцы жизни. Спектакль Кушея насквозь пропитан именно этим ощущением - все остальное казалось в нем второстепенным, хотя и занятным.

Огромная сцена Фельзенрайтшуле была превращена в четырехъярусную бетонную конструкцию - строящийся офис или супермаркет. Холодный фирменный кушеевский свет - от слепяще-белого до матово-синего. Единственная отделанная комната, императорские покои, - с черным мрамором. На кровати в течение всей увертюры восковой статуей сидел император Титус в смешной парчовой юбке, надетой поверх цивильных брюк, а в бетонных кельях появлялись полураздетые ребятенки - символами детской беззащитности милосердного государя. Затем в мраморную залу заходили бесцеремонные туристы-хористы и начинали петь хвалу восковому владыке.

Кроме Тита и его верного стража Публио, никто больше в этом спектакле не надевал ничего старинного. Да и вообще костюмы «играли» только у коварной и амбициозной Вителлии, которая постоянно хотела соответствовать изменчивой ситуации и, чуть что, сбрасывала с себя неподходящее по цвету платье, оставаясь в роскошном неглиже. С фигурой у Доротеи Решманн все в порядке, а вот голоса могло быть и побольше.

Медлительность Арнонкура, словно в лупу рассматривающего партитуру Моцарта, здесь была уместнее, чем в «Дон Жуане», - у «Тита» нет такой внушительной исполнительской традиции, да и арий в старинном стиле значительно больше, а в них от анемичности маэстро не оставалось и следа. Вместо заболевшего Михаеля Шаде сложнейшую партию Тита блестяще исполнил Курт Штрайт, заслужив благодарную овацию публики.

Главной звездой спектакля стала знаменитая болгарка Весселина Казарова в брючной партии Сесто, который предает и даже пытается убить друга-императора ради любви, а затем поджигает Капитолий. Красивое печальное лицо болгарской дивы и роскошное колоратурное меццо были здесь как нельзя кстати. Не меньшие аплодисменты достались и молодой латвийской певице Элине Гаранча в роли Аннио. Гаранча уже полгода значится в ансамбле Венской оперы и, если будет петь так же, как в этом спектакле, скоро станет настоящей примадонной.

Двусмысленные и страстные однополые объятия (женщины играют мужчин и тискают женщин), бурные выяснения отношений - все, что занимало публику в первом отделении, оказалось забыто после сцены пожара. Удушливый дым, бегающие бандиты с горящими факелами, задыхающиеся в конвульсиях статисты и, наконец, оркестровое сопровождение словно очнувшегося из летаргии Арнонкура заставляли зал паниковать не на шутку. В этом хаосе было, однако же, хорошо видно, как происходило убийство лже-Тита, как страдала Вителлия в поисках Сесто, как радовались Сервилия и Аннио, нашедшие друг дружку. Вместе с финальным аккордом на верхней галерее произошел жуткий взрыв с грохотом и пламенем, которое дохнуло теплом по лицам публики.

Во втором акте зрителей встретило пепелище - бетонную конструкцию очень натурально закоптили. Разруха создавала гнетущее ощущение разбитых вдребезги надежд не только на дальнейшее счастье, но на элементарную цивилизацию. Однако мечущиеся по этажам, садящиеся в раковину вместо кресла, чумазые, отчаявшиеся клерки-придворные всем своим поведением демонстрировали, что главная катастрофа еще впереди. Никакому милосердию Тита не спасти мир. Несмотря на то что в финале император «все знает и всех прощает», Кушей явно сомневался в пользе хваленой толерантности. В финале, на столах, за которыми рассаживались статисты в черном, то ли в качестве блюда, то ли учебного пособия лежал беззащитный маленький мальчик.

В 1976 году именно в Зальцбурге впервые за долгие годы вспомнили про эту оперу и открыли ей дверь на оперные подмостки. Уверен, что секрет успеха той постановки Джеймса Ливайна и Жан-Пьера Поннеля крылся не в гениальной режиссуре или дирижерской трактовке - судя по видео, ничего такого там не было, да и среди певцов блистала только великая Татьяна Троянос в роли Сесто. Но тогда «Милосердие» попало в некую болевую для Европы точку, оказалось созвучно идее всепрощения и всетерпимости, только начинавшей набирать силу. Сейчас Кушей и Арнонкур вновь ткнули в этот нерв острым предметом, но восторгом эти болевые ощущения никак не назовешь.

Илья Кухаренко

реклама

вам может быть интересно

Мы вновь внимали болеро… Классическая музыка

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Тип

рецензии

Раздел

опера

Театры и фестивали

Зальцбургский фестиваль

Персоналии

Николаус Арнонкур

Произведения

Милосердие Тита

просмотры: 4155



Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть
Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть