Малер. Симфония No. 4

Symphony No. 4 (G-dur)

Состав исполнителей: 4 флейты, 2 флейты-пикколо, 3 гобоя, английский рожок, 3 кларнета, кларнет-пикколо, бас-кларнет, 3 фагота, контрафагот, 4 валторны, 3 трубы, литавры, треугольник, бубенцы, тарелки, большой барабан, тамтам, колокольчики, арфа, сопрано-соло, струнная группа, в том числе контрабасы пятиструнные.

История создания

Густав Малер / Gustav Mahler

В одном из писем Малера о Четвертой симфонии мы читаем следующие горькие строки: «Это преследуемый пасынок, который до сих пор видел очень мало радости... Я знаю теперь, что юмор подобного рода, вероят­но отличающийся от остроумия, шутки или веселого каприза, оказыва­ется понятым в лучшем случае не часто».

Что же вызвало столь печальные слова? О каком юморе идет речь?

Четвертая симфония занимает в наследии Малера совершенно осо­бое место. В критике о ней сложилось мнение как о добродушно-юмори­стической, идиллически-шутовской. Некоторый повод для этого дал сам композитор, неоднократно называвший симфонию Юмореской. Однако же... «Если человек в моменте юмора, отправляясь от маленького суетного мира действительности, связывает и соразмеряет последний с бес­конечным миром идеала, то возникает тот смех, в котором кроются и скорбь, и величие», — эти слова, относящиеся к романтической по­эзии, с полным правом можно приложить ко многим страницам малеровской музыки.

В своем учении о комическом Жан-Поль, властитель дум молодого Малера, обосновал свой взгляд на юмор как защитный смех, единственное спасение от трагедии, отчаяния, от противоречий, устранить которые личность бессильна. В таком смысле симфония — действительно юмореска. Надо отметить, что этому опре­делению композитор придавал, по-видимому, еще одно значение, близ­кое по смыслу миниатюре. Так, однажды он обмолвился: «Я хотел напи­сать только симфоническую юмореску, а у меня вышла симфония нормальных размеров...»

«Небесную жизнь» — детскую песенку о небесных радостях, песен­ку, в которой рай представляется местом, где вкусно кормят, где все танцуют и веселятся, Малер хотел первоначально сделать финалом Тре­тьей симфонии. Летом 1892 года была закончена работа над этой песней на текст из «Чудесного рога мальчика». Но в процессе творчества замы­сел изменился. Возник план новой симфонии, в которой песня «Небес­ная жизнь» должна была стать основой и в то же время выводом, завер­шением симфонического цикла. Музыка симфонии создавалась на протяжении 1899—1901 годов, на рубеже веков. Малер в это время жил в Вене, куда его пригласили на должность третьего дирижера, но, очень быстро поняв масштаб личности, сделали директором. Как всегда, про­цесс сочинения приходился только на летние месяцы, которые компози­тор проводил в Майерниге, избранном на этот раз местом отдыха.

Внешняя наивность, кажущееся простодушие музыки Четвертой — не от неведения, а от стремления избежать «проклятых вопросов», до­вольствоваться тем, что есть, и не искать, не требовать большего. Такая позиция композитора после грандиозного полотна Третьей воспринима­ется как отступление, как признак усталости, возможно — разочарова­ния. Премьера симфонии состоялась в Мюнхене под управлением авто­ра 25 ноября 1901 года.

Музыка

Первая часть симфонии открывается холодным бряцанием бубенцов, короткими форшлагами флейт. Их размеренная механистичность вызы­вает представление о чем-то ненастоящем, мертвенном. Вот, кажется, раскроется занавес кукольного театра... Звонко-сухие аккорды исчезают на пианиссимо, вступает ласковая, гибкая мелодия скрипок — главная партия. Довольно примитивная плясовая «бесшабашная» тема (связую­щая) сменяется лирической, теплой побочной; заключают экспозицию приплясывающие интонации народного характера. И на всем протяжении части сохраняется мерное движение восьмыми, которое словно «прояв­ляется» на гранях формы в возникающих каждый раз холодных «бряца­ниях». Это создает механический фон, вступающий в резкий конфликт с патриархально-простодушной, стилизованной музыкой, подчеркивает ее невсамделишность и непрочность. В разработке фантастически-при­чудливо, подчас даже жутко звучат знакомые интонации, странно изме­нившиеся, искаженные. Музыка становится тревожной. Как будто изме­нился мир, он виден теперь в кривом зеркале... А может, напротив, это и есть его подлинное лицо? Идет отчаянная борьба за то, чтобы сохранить все ценное, положительное, не дать ему исчезнуть, распасться. Пока это удается. Некоторое время, словно по инерции, еще продолжается хаоти­ческий поток разработки, но вот вынесенная на поверхность звуковой вол­ны «с полуслова» утверждается главная тема, начинается реприза.

Вторая часть, скерцо — картина чуждого, тупого и равнодушного внешнего мира. Словно музыкальный лубок разворачивается перед слу­шателями: незатейливый оркестрик играет в кабачке лендлеры для всех, желающих танцевать, веселиться. Звучание скромного оркестрового со­става нарочито фальшиво. Впечатление лубочности усиливает скрипка соло, настроенная на тон выше обычной. Веселье, беззаботность кажут­ся ненастоящими... Средний раздел скерцо — высказывание от души — задумчивое, грустное пение.

Третья часть — лирико-драматический центр симфонии. Крайние раз­делы ее скованы остинатным движением баса. Размеренность, обычно не свойственная медленным частям малеровских симфоний, придает музыке черты сдержанной скорби. Выразительнейшая мелодия струн­ных, бесконечно разворачивающаяся на этом строгом и мрачном фоне, звучит как лирическая исповедь. Далее появляется мелодия скрипок, взволнованная, смятенная, вызывающая в памяти аналогичные по настро­ению темы Чайковского (двойная трехчастнаяформа, совмещенная с ва­риациями). Постепенно нагнетается напряжение. В конце части внезап­ное tutti как взрыв отчаяния прорезает тишину. Это звучит тема песни «Небесная жизнь». Звучит как вопль о последнем прибежище измучен­ной души, которой некуда идти, не на что надеяться.

Финал — детская песенка о небесных радостях — открывается толь­ко что отзвучавшей темой. Теперь она спокойна, сердечна. Женский голос (сопрано) поет бесхитростную песню. Довольно большое оркестровое интермеццо «спускает с небес на землю». Оно полностью построено на материале начальных тактов симфонии (бряцающие аккорды), но в бо­лее подвижном темпе, более плотном оркестровом звучании. Значитель­ный по масштабу эпизод проникнут горькой иронией, скепсисом. И сле­дующие строфы песни уже не безмятежны. Они воспринимаются сквозь призму оркестрового эпизода, отголоски которого в сопровождающих инструментальных линиях сохраняются почти непрерывно, еще раз «вы­ходя на поверхность» перед последней строфой. Это как бы напомина­ние: жизнь — лишь кукольная комедия; не стоит воспринимать ее все­рьез... Заключение финала печально и умиротворенно. Постепенно от песенной темы остаются лишь короткие мотивы. Все затихает в мерных ходах арфы.

Л. Михеева

реклама

вам может быть интересно

Публикации

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Композитор

Густав Малер

Год создания

1901

Дата премьеры

25.11.1901

Жанр

симфонические

Страна

Австрия

просмотры: 10682
добавлено: 17.03.2011



Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть
Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть