Американец возвращает Петербургу русскую оперу

12.10.2004 в 12:40

Дмитрий Степанович Бортнянский

13 и 14 октября в Эрмитажном театре состоится премьера оперы «Сын-соперник» Дмитрия Бортнянского, имя которого неразрывно связано с Петербургской капеллой. Ей он руководил более 30 лет.

Перу Бортнянского принадлежат три оперы. Одна их них – «Сын-Соперник», которую можно будет увидеть в «Эрмитажном театре» в реконструированном виде. Именно так она звучала в 18 веке. Петь будут молодые певцы из Мариинского театра, а играть – оркестр аутентичных инструментов, созданный американским дирижером Стивеном Фоксом на берегах Невы. С ним - автором этой идеи - и с администратором оркестра Надеждой Фоминичевой корреспондент «Фонтанки» поговорил о грядущей премьере.

- Надежда Михайловна, расскажите немного о самой опере.

Надежда Фоминичева (НФ): Написана эта опера-буфф в очень интересный момент: в России тогда были три музыкальных течения – французское, очень модное итальянское и зарождающаяся русская музыка. Все они отразились в музыке Бортнянского. Сюжет простенький - классический любовный треугольник. «Сын-Соперник» был поставлен на сцене единожды, да и то это была любительская постановка в Гатчине, при дворе императрицы Марии Федоровны. Во всех ролях тогда были члены императорской семьи. Автором либретто к опере был Лафермьер, преподаватель французского языка при семье Марии Федоровны.
Больше опера не исполнялась. Партитура ее была потеряна. Часть арий находится в запасниках Национальной Библиотеки, но хранятся они там настолько секретно, что даже чтобы посмотреть на нее, нужно записываться в очередь на полгода. Не говоря уж о том, чтобы скопировать 600 страниц рукописного Бортнянского. Стивену удалось найти еще одну копию в Риме, и он загорелся идеей восстановить оперу в первозданном виде. Было это около двух лет назад...
Стивен Фокс (СФ): Да, это было очень интересно. Проблема в том, что в России почти нет аутентичных исполнителей барочной музыки 18 века. Вы же понимаете, что тогда и инструменты были совсем другие. На скрипичных не было металлических струн, совсем другая конструкция смычка, их даже держали иначе. Духовые инструменты выглядели совсем по-другому. В Москве есть кафедра старинной музыки, но ее выпускники настолько востребованы, что сразу уезжают за рубеж. В Петербурге их совсем мало. Нам пришлось собирать музыкантов и инструменты из Амстердама, Лондона, Парижа, Торонто и Ханты-Мансийска.

- Ханты-Мансийска?

НФ: Да, а чему вы так удивляетесь? В Ханты-Мансийске сейчас открылась первая в России академия барочной музыки. Туда с удовольствием едут преподавать профессора из Москвы, так как получают они там по полторы тысячи долларов. Приятно, что в Ханты-Мансийске тратят деньги на культуру, а не закапывают их где-нибудь на Канарских островах. Из этого города мы привезли старинный гобой.

- Стивен, а откуда вообще у вас возникла такая идея – делать оперу в Петербурге? И почему вы так хорошо знаете русский язык?

СФ: Русский язык я изучал в нью-йорском Университете. Все изучали французский, а мне не хотелось быть как все. И мне очень нравилась мелодика звучания русского языка. В Петербург я попал впервые, когда учился в Лондонской академии музыки, по обмену. Провел в Петербурге три месяца и понял, что хочу сюда вернуться, что хочу, чтобы в Петербурге звучала барочная музыка, хочу сделать здесь постоянный оркестр и, может быть, даже академию. Ведь, в отличие от Лондона или Нью-Йорка, сам Петербург это большой и единый ансамбль 18 века.

- Но ведь для этого вам надо практически жить в Петербурге?

CФ: Ничего не имею против.

НФ: А пока Стивену, чтобы работать над премьерой, приходится периодически выезжать в Финляндию и возвращаться. Виза заканчивается.

- Сможет ли попасть на оперу обычный смертный?

НФ: К сожалению, пока нет. В Эрмитажном театре (сохранившемся, кстати, в своем первозданном виде) лишь 300 мест. Первое выступление будет полностью отдано гостям из Европы, поклонникам старинной музыки. А на второе мы пригласили тех петербуржцев, которым хотим сделать подарок. Будет ли что-то дальше, зависит от того, найдем ли мы спонсоров, будет ли интерес. Пока нас хотят видеть в Таллинне и Массачусетсе.

- Получается что проект совершенно не коммерческий. Где же вы взяли деньги на постановку, инструменты, музыкантов, костюмы?

СФ: Спонсоры. Нам помогали американские фонды.

- А в России никого?

СФ: В России пока, к сожалению, никого. Мне сказали, что это здесь пока трудно.

Михаил Гончаров, fontanka.ru

реклама

вам может быть интересно

Войти во вкус... Классическая музыка

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Тип

интервью

Раздел

опера

Театры и фестивали

Эрмитажный театр

Персоналии

Дмитрий Бортнянский

просмотры: 2544



Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть
Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть