Латвийская звезда на российском небосклоне

Марина Ребека: филармонический дебют со взятием Москвы

Игорь Корябин, 17.01.2018 в 22:26

Российский дебют сопрано из Латвии состоялся по линии Московской филармонии. В рамках ее популярного абонемента «Звезды мировой оперы в Москве» зарубежные певцы на регулярной основе выступают в столице уже не первый год, и за время существования этого абонемента визитов было так много, что в последние годы удивить Москву оркестровыми рециталами зарубежных исполнителей – задача далеко непростая. Однако Марина Ребека стала одной из тех, кому это удалось. Несмотря на то, что спад активности слушателей в первые дни после новогодних каникул – обычное дело, 10 января нынешнего года в Концертном зале им. П.И. Чайковского наблюдался редкий для этой поры аншлаг.

Программа оперных арий, которую Марина Ребека представила с Оркестром «Новая Россия» и дирижером из Германии Михаэлем Балке, была похожа на лоскутное одеяло: всего понемногу, и это всё оказалось заведомо популярным, проверенным временем, рассчитанным на самый дружественный отклик самой что ни на есть широкой публики. Впрочем, для долгожданного дебюта в России, ставки которого оказались весьма высоки, выбор демократично-пестрой программы был оправдан. В этот вечер певица действительно смогла ошеломить феерией нескончаемого вокального праздника, и, пожалуй, лишь единственное обращение к русской опере оставило явно неоднозначное впечатление.

Сцене письма Татьяны из «Евгения Онегина» Чайковского, прозвучавшей изысканно, утонченно, пожалуй, даже эффектно, всё же не хватило глубины и психологизма русской кантилены, полновесности нижнего регистра и mezza voce, того чувственного надлома, без которого эта музыка и превратилась в просто красивую вокальную картинку. Казалось бы, лирическая фактура голоса певицы – звонкая, пронзительно-нежная, кристально-чистая – и есть то, что этой русской вокальной зарисовке необходимо, но холодная, ледяная красота филигранно сколотого вокального кристалла оказалась здесь бессильна. Зато та же красота справила подлинный триумф в западноевропейской музыке, на сей раз – в итальянской. При этом единичная вылазка певицы в немецкий репертуар (выходная ария Елизаветы из «Тангейзера» Вагнера) стала прелюбопытнейшим парадоксом концерта.

Парадокс в том, что в сегодняшнем лирико-романтическом амплуа певицы Вагнера закономерно нет. Ее амплуа, в основном, традиционно, хотя есть в нем и чистое бельканто (в существенно меньшей мере), и даже прецеденты барочного опыта, связанного с музыкой Генделя. Но именно эта ария из «Тангейзера» и выявляет квинтэссенцию сегодняшнего творческого почерка певицы. В этой музыке краски нижнего регистра определяющими не являются, а всё держится на скульптурности самого посыла, экзальтированно-чувственных, эмоционально-ярких ходах на forte, и в этой вокальной рельефности певица поистине хороша! Для прозвучавших итальянских арий (за исключением каватины Нормы из одноименной оперы Беллини) это важно не менее, но, в отличие от сцены письма Татьяны, предела возможностей искусственно эмулируемого певицей нижнего регистра лишь для подчеркивания в них вокально-драматической аффектации было вполне достаточно.

При таком раскладе два фрагмента веристской направленности – баллада Недды из «Паяцев» Леонкавалло и ария Валли из одноименной оперы Каталани – предстали эстетически сдержанными, но будоражаще терпкими и сочными портретами романтически разноплановых, но одинаково отчаянных героинь: обе захватили «морозной свежестью», необычностью, интеллектуальной новизной их рафинированно-спинтовых трактовок. При этом две абсолютно разноплановые героини Верди – отважная Елена из «Сицилийской вечерни» с ее эффектным болеро и несчастная Виолетта из «Травиаты» с ее еще более эффектной арией из финала первого акта – явили драматически мощные срезы характеров, хотя и решены были исключительно за счет акцентированной, точно сбалансированной спинтовости. Довольно пикантная, увлекающая напористость, не выходящая, однако, за эстетические рамки стиля лирического звуковедения – то, что есть в голосе Марины Ребеки сегодня, но и то, чего не было в нем на старте ее карьеры.

Cчитается, что начало международной известности певицы положила партия Анаиды в постановке «Моисея и Фараона» Россини в 2009 году на Зальцбургском фестивале под управлением Риккардо Мути. Но мало кто сейчас вспомнит, что за год до этого первой большой пробой профессионального пера певицы стала партия Анны в «Магомете Втором» – другой опере-сериа Россини (в постановке Россиниевского фестиваля в Пезаро под управлением Густава Куна). Сравнивая живые фестивальные впечатления от Марины Ребеки 2008-го и 2009 годов с живыми впечатлениями 2013 года (партия Матильды в «Вильгельме Телле» Россини на фестивале в Пезаро), понимаешь, что той проникновенной лиричности и мягкости вокальной фактуры, что в начале карьеры были присущи партиям Анны и Анаиды, в Матильде уже не было.

И та Марина Ребека, которую мы, наконец, услышали в Москве, – практически та же, какой ее зафиксировал DVD с записью пезарского «Вильгельма Телля». Эта корреляция очевидна, несмотря на то, что ни итальянского, ни французского Россини в Москве мы не услышали (из французского репертуара лишь на бис триумфально прозвучал известный «народный» шлягер – вальс Джульетты из «Ромео и Джульетты» Гуно). Если вспомнить другие записи певицы, то в 2013 году на мировом рынке аудиомузыкальной продукции появились два ее первых альбома – «Маленькая торжественная месса» Россини с Оркестром и Хором Национальной академии «Санта-Чечилия» (Рим, Италия) под управлением Антонио Паппано и монографический альбом арий Моцарта с Королевским Ливерпульским филармоническим оркестром под управлением Сперанцы Скаппуччи.

DVD c записью пезарского «Вильгельма Телля» появился в 2015 году, а два последних аудиоальбома – в 2017-м: запись «Травиаты» Верди осуществлена с Филармоническим оркестром Северогерманского радио (NDR Radiophilharmonie) под управлением Кери-Линн Уилсон, а монографического альбома арий Россини «Amor fatale» – с Оркестром Мюнхенского радио (Münchner Rundfunkorchester) под управлением Марко Армильято. Урожай записей впечатляет, но не менее впечатляет и то, что за десяток лет после первых дебютов Марины Ребеки в Пезаро и Зальцбурге в число сцен, покоренных певицей, вошли такие театры-гранды, как Венская государственная опера, миланский театр «Ла Скала», лондонской Королевский оперный театр «Ковент-Гарден», Чикагская лирическая опера, нью-йоркский театр «Метрополитен-опера», а в ближайшее время этот список пополнится Парижской национальной оперой (Оперой Бастилии) и Оперой Монте-Карло.

Чисто белькантовой певицей, какой Марина Ребека предстала в начале карьеры, она давно уже не является: музыкальный пласт Моцарта, партии в ранних операх Верди (особый тип «драматического бельканто»), лирические партии наподобие Маргариты в «Фаусте» Гуно или Лейлы в «Искателях жемчуга» Бизе с каждым годом всё больше и больше наращивают свой удельный вес в общем потоке ее сценических героинь. В мае этого года ожидается Амелия Гримальди в «Симоне Бокканегре» Верди на сцене Венской государственной оперы, а к концу года – предположительно и Мими в «Богеме» Пуччини в театре «Массимо» в Палермо.

Но бельканто Россини – категория особая, специфичная, и если говорить о «классике бельканто» Доницетти и Беллини, то сегодня первый представлен в ее репертуаре Марией Стюарт, а второй Нормой – партиями в их одноименных опусах, которые принес ей 2017 год. «Марию Стюарт» после концертных дебютов на родине она спела в Римской опере, а «Норму» после концертной версии в Латвийской национальной опере – в нью-йоркской «Метрополитен-опера». На концерте в Москве мы услышали лишь «Casta diva», знаменитую каватину Нормы, что было весьма интересно и не могло не найти живого эмоционального отклика. Однако из-за недостатка нюансировки и тонкой выделки, мягкости и пластичности звуковедения идеальная линия кантилены так и не выстроилась.

Вряд ли мы запомним «разносные» трактовки увертюр к операм Верди «Сицилийская вечерня» и «Набукко», хотя антракт к III акту «Лоэнгрина» Вагнера, интермеццо из «Манон Леско» Пуччини, а также увертюра к «Норме» и полонез из «Евгения Онегина» прозвучали весьма достойно. Вряд ли запомним и финальный бис с налетом эстрадности (арию Джудитты из одноименной оперетты Легара), но сам дебют Марины Ребеки в России, певицы необычайно яркой и темпераментной, мы, конечно же, запомним надолго.

Фото с концерта Марины Ребеки предоставлены Московской филармонией

реклама

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Тип

рецензии

Раздел

опера

Театры и фестивали

Концертный зал имени Чайковского

Персоналии

Марина Ребека

Коллективы

Новая Россия

просмотры: 2261



Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть
Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть