Романсы Георгия Свиридова в Бетховенском зале Большого театра

Татьяна Елагина, 25.12.2015 в 19:55

Георгий Свиридов

Тематические концерты артистов Молодёжной оперной программы Большого театра в Бетховенском зале уже стали привычны и собирают свою почти «абонементную» публику.

Естественно, широко отмечаемое в эти декабрьские дни 100-летие со дня рождения Георгия Васильевича Свиридова, его камерное романсовое творчество не могло остаться в стороне от новичков и старожилов Молодёжной оперной программы Большого театра. При всей личной симпатии и вере в серьёзность работы молодых певцов, именно на этот вечер 15 декабря шла с неким сомнением. Очень уж Свиридов не столько сложный вокально,

но эмоционально особый, не для всех открывающийся композитор, последний истинно русский по духу гений XX века.

Вёл концерт новый для Молодёжки «шеф-редактор», то есть педагог-репетитор – профессор Эстонской академии музыки Ивари Илья. Любителям камерной музыки со стажем не надо представлять этого талантливого концертмейстера, постоянного партнёра многих выдающихся певцов, от Ирины Константиновны Архиповой до Дмитрия Хворостовского. Вокальная лирика Свиридова в репертуаре Ивари Илья занимает важное место на протяжении нескольких десятилетий, его опыт общения с автором в 80–90-е годы прошлого века ныне бесценен.

За минувшие со дня кончины Свиридова почти два десятилетия его музыка стала классикой, обросла традициями. Одна из них – Свиридов преимущественно мужской автор.

И хотя трактовки И.К. Архиповой или Е.В. Образцовой некоторых опусов общепризнанны, чаще при имени Свиридова вспоминаются басы или баритоны.

Так было и на сей раз. Соревновательное раздолье низких мужских голосов, представившее широту диапазона и богатство оперного будущего Большого театра. Удачно оттенённое несколькими женскими соло.

С них и начну. Романс «Осенью» на стихи М. Исаковского открывал программу. Руслана Коваль в сопровождении пианистки Елизаветы Малашенко исполнила его тонко, музыкально. Её свежее тёплое сопрано придало душевности, музыка звучала, как только что написанная. Следом вышли Василиса Бержанская и пианистка Елена Бурова. «Тучки небесные» на стихи М. Лермонтова тоже были искренни, хотя мелкие интонационные помарки у певицы ещё заметны.

Удачно легли на глубокое сочное меццо-сопрано и темперамент Евгении Асановой Три романса на стихи А. Исаакяна. За рояль сел сам Ивари Илья. «Страданиям любви» верилось, и «Чёрный взор» показался хорош. В последнем номере «Изгнанник» слишком тихо говорилась декламация. И в целом побольше внимания к дикции хотелось бы пожелать Евгении.

Далее настал черёд одного из самых популярных циклов Свиридова на стихи Р. Бёрнса в переводе С. Маршака.

На слуху две классические интерпретации выдающихся советских басов: Евгения Нестеренко и Александра Ведерникова. Отличные друг от друга как «вода и камень, лёд и пламень».

Понятно, что для одного молодого певца слишком сложно спеть девять романсов подряд, по сути отделение концерта. Приём, много раз отработанный на вечерах Молодёжной программы, разделить цикл между несколькими однотипными голосами, снова попал в цель. Три баса, чередуясь, каждый по три романса, исполнили их вместе с маэстро Ивари Илья.

Трудно отдать предпочтение кому-то из «трёх богатырей», настолько хороши материалом все.

Даниилу Чеснокову с его чёрно-колокольным тембром и фактурой Дон Кихота, пожалуй, легче других было создавать образы из «Возвращения солдата» или «Джона Андерсона». Ещё бы почётче слова и побольше красок, нюансов!

Заметно вырос за прошедшие два месяца после первого появления в вечере романсов Глинки новый бас, Годердзи Джанелидзе. Появилась свобода в русском произношении, поведении на сцене. Восприятие певческого голоса всегда индивидуально, но рискну поделиться: настоящий густой «протодьяконский» бас такой проникновенной чувственной красоты, даже не знаю, слышала ли раньше. «Горский парень» Годердзи спел увлечённо, словно о себе, а в «Прощай» показал широту динамики от нежного пиано, до мощи кульминации, утопившей в звуке зал, заставляя дрожать стены.

Но самая зрелая трактовка, безусловно, у Александра Рославца.

Его голос скорее бас-кантанте, и «козыри» — безупречное владение словом, фразировкой, актёрский дар даже в концертном номере. «Финдлей» слушался, затаив дыхание, диалог испуганной женщины и грубоватого Финдлея разыгран изумительно! Собственно, в «Финдлее» от Рославца никто и не сомневался. И тут же, следом, трагический монолог «Всю землю тьмой заволокло» — вот это сюрприз! Сильно, страстно, наотмашь.

Второе отделение открыл единственный женский номер. «Сибирская песня» на стихи И. Сельвинского у Екатерины Морозовой прозвучала неожиданно мягко и лирично для её крупного сопрано. Елена Бурова за роялем разделяла такой настрой.

Иначе звучало фортепианное сопровождение у той же Елены Буровой в следующем цикле,

или даже «мини-кантате», как объявил Ивари Илья, «Деревянная Русь» на стихи С. Есенина. Тенор Павел Валужин ещё раз удивил.

Первая такая «нежданная радость» случилась в прошлом сезоне, на вечере, посвящённом Д.Д. Шостаковичу. Тогда Павел блеснул в труднейшем цикле на стихи японских поэтов. Музыка Свиридова в чём-то понятней, традиционней. Но тесситура местами и здесь беспощадная. А спел все четыре романса Павел так, что про технику не думалось. Дикция выпуклая, с отлетающими звонкими согласными. Есенинские строки расцветали, наполнялись то удалью, то болью. Эмоционально горячо, но без аффектации. После заключительного «Не ищи меня ты в Боге», доходящего до фортиссимо, хотелось не кричать «браво», а благодарно молчать, как в храме.

Завершали программу баритоны. Тоже трое.

Цикл из 12 романсов «Отчалившая Русь» снова на стихи С. Есенина также поровну разделили Александр Киреев, Константин Сучков и Илья Кутюхин. Они сразу вместе вышли на сцену. По просьбе ведущего зал не аплодировал между частями, и также в тишине сменяли друг друга за роялем Елизавета Малашенко и Елена Бурова.

Ещё труднее сравнивать и анализировать, настолько вжились ребята в образы, впелись в музыку. Не знаю, учил ли каждый весь цикл целиком, но «распределение ролей», какой романс кому петь, показалось верным. Не стану перечислять все 12 романсов.

Более опытный Александр Киреев ярко начал с «Осени», он же поставил патетическую заключительную точку всего вечера финальным «О родина, счастливый и неисходный». Здесь замечательно прозвучала сложнейшая партия фортепиано Елены Буровой.

Константин Сучков остро почувствовал застылость, повисший вопрос в романсе «Симоне, Петр…Где ты? Приди…» Отличный ансамбль сложился у них с Елизаветой Малашенко в части «Там, за млечными холмами».

Если тембры Александра Киреева и Константина Сучкова привлекают ценным для баритонов металлом (естественно, разной окраски и «сплава»), то голос Ильи Кутюхина бархатистый и пряный. Как показалось, особо удался ему романс «Где ты, где ты, отчий дом», огромным звуком спел Илья «Трубит, трубит погибельный рог!»

Зная, как насыщен график репетиций и выступлений в спектаклях-концертах всех участников Молодёжной программы, и краткость мастер-класса Ивари Илья перед выступлением, отметила общее качество подготовки юбилейного вечера Г.В. Свиридова.

Никаких скидок на юность артистов, впечатление сильное, цельное, как на концерте мастеров.

Понятно, что у начинающих вокалистов всегда можно найти недостатки, но ни один из прозвучавших романсов не был спет формально, без личного отношения.

Напоследок. Повторение вечера, возможно, в ином составе исполнителей, состоится в Бетховенском зале 29 января 2016 года.

реклама

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть
Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть