Минин и Пожарский вошли в Дом музыки

Игорь Корябин, 19.11.2012 в 20:19

Памятник Минину и Пожарскому в Москве

Дню народного единства посвящается…

Если не вникать во всю сложную политическую подоплеку новейшей истории, во все «за» и «против», связанные с учреждением достаточно молодого для России государственного праздника, то в этом году День народного единства так и остался бы еще одним выходным днем, удачно продлившим первый уик-энд ноября. Российский государственный праздник «День народного единства» 4 ноября отмечается с 2005 года, но на сей раз он принес просто роскошный подарок отечественным меломанам. Несмотря на то, что особого ажиотажа ни на подступах к Красным холмам, ни в самом Большом зале имени Светланова Московского международного Дома музыки в этот день явно не наблюдалось, та прозорливо-дальновидная публика, что всё же пришла на концерт, стала свидетелем музыкального события высочайшего музыкального уровня и исключительной значимости.

В этот день в Москве не просто была представлена явно приуроченная к дате, но весьма раритетная для нашего слушательского сознания

первая русская оратория «Минин и Пожарский, или Освобождение Москвы» Степана Дегтярёва.

Написанная для солистов, хора и симфонического оркестра (1811) по либретто Николая Горчакова (в трех частях), впервые в наше время она прозвучала именно в том инструментальном составе, для которого и была изначально задумана: это исполнение включило в состав участников и предусмотренный партитурой роговой оркестр, так что речь в какой-то степени идет, можно сказать, об аутентичной интерпретации, хотя это вовсе и не значит, что сплошное использование старинных инструментов той эпохи в данном случае является самоцелью (к тому же так исторически сложилось, что сам термин аутентичная интерпретация нам гораздо более привычен в применении к исполнению более ранней барочной музыки). И, конечно же, особо следует отметить, что названный проект состоялся в рамках интереснейшего абонемента Московского международного Дома музыки «Герои и легенды».

Идея и реализация такого важного начинания, как исполнение патриотической оратории «Минин и Пожарский» Дегтярёва принадлежит Московскому камерному оркестру «Musica Viva» под управлением Александра Рудина.

На сей раз художественный руководитель, дирижер и солист этого коллектива занял свое место за дирижерским пультом. В проекте также приняли участие Российский роговой оркестр, уже знакомый нам по весьма памятному исполнению «Реквиема» Козловского в Концертном зале имени Чайковского (художественный руководитель — Сергей Поляничко), а также вокальный ансамбль «Интрада» (художественный руководитель – Екатерина Антоненко).

В качестве солистов-певцов в партиях «основного квартета» обсуждаемой оратории выступили солисты Большого и Мариинского театров: сопрано Венера Гимадиева (Ольга, супруга Пожарского), тенор Максим Пастер (Князь Дмитрий Пожарский), австралийский — но практически уже «наш», можно сказать, «обрусевший» — тенор Эндрю Гудвин (Кузьма Минин, гражданин нижегородский) и бас Петр Мигунов (Авраамий Палицын, келарь Троице-Сергиева монастыря). В маленькой эпизодической партии, востребованной лишь ближе к финалу оратории, был занят также тенор Тигран Матинян (Князь Дмитрий Трубецкой). Кроме этого, в оратории задействован также мощный звуковой пласт хоров, представляющих граждан нижегородских и воинов российских.

Нынешнее исполнение по ходу дела сопровождалось достаточно красивым слайд-шоу

на темы затрагиваемых ораторией событий начала XVII века: научно-исторический основой этих «нарядных картинок» стали редкие материалы эпохи Минина и Пожарского из богатейшей коллекции музейного объединения «Музей Москвы». Конечно же, делать сие было вовсе не обязательно, хотя приятный торжественный настрой это всё же определенно и создавало.

Степан Аникиевич Дегтярёв / Stepan Degtyarev

…Начало XIX века, времени написания оратории «Минин и Пожарский», — эпоха расцвета итальянского романтического бельканто и первых важных опытов его ключевой фигуры в лице Россини, опытов, которые невероятно легко и стремительно были подхвачены своим временем, став выразителями новых музыкальных идей.

«Г-н Дехтярёв своею ораториею доказал, что он может поставить имя свое наряду с первейшими композиторами в Европе», —

эти известные слова Гавриила Державина, относящиеся к 1811 году, конечно же, не пустой звук, тем более, что адресованы они крепостному музыканту Степану Аникиевичу Дегтярёву, работавшему в знаменитой музыкальной капелле графа-меломана Николая Петровича Шереметева.

И так случилось, что оратория «Минин и Пожарский», написанная за два года до смерти композитора, стала не только вершиной его творчества, но, как уже было отмечено, и первой русской ораторией. И всё же в этом опусе музыкальных оперных новаций Россини, конечно же, еще не ощущается: величественность хоровых страниц оратории и ее виртуозные вокальные партии, скорее, — в духе Генделя. Однако в ансамблевых соборно-молитвенных фрагментах этой уникальной партитуры, исполняемых солистами, как раз и содержится то, что говорит о самобытной национальной самоидентификации: патриотизм, духовность и святость пустили в эту партитуру свои глубокие, истинно русские морально-психологические корни, при этом явив на свет совершенно удивительную гармонию и потрясающе многокрасочную мелодику.

Несомненно, именно идея единения русского народа путеводной звездой освещает всё это сочинение.

И весьма примечательно, что во всех официальных упоминаниях имя купца Кузьмы Минина — простолюдина, то есть выходца из народа — всегда стоит перед именем князя Дмитрия Пожарского, олицетворяющего власть: оратория «Минин и Пожарский», памятник Минину и Пожарскому на Красной площади в Москве, народное ополчение Минина и Пожарского и так далее. Интересно также, что обе главные партии — Минина и Пожарского — поручены в этой оратории тенору как наиболее благородному типу голоса согласно канонам первых десятилетий XIX века.

«Величественные хоры с музыкою роговою, прекраснейшие арии, гармонические переходы тонов и мастерские фуги, из коих составлена оратория, утвердят навсегда славу г-на Дехтярёва между его соотечественниками и даже в других государствах», — далеко не безосновательно полагал всё тот же Державин.

Два столетия назад, в канун Отечественной войны 1812 года, это произведение стало одним из величайших государственных символов единства России.

Сегодня же исполнение этой оратории в День народного единства, в год 200-летия Отечественной войны 1812 года и 400-летия победы русских в противостоянии польско-шведским захватчикам в 1612-м, придает ей особый нравственно-патриотический смысл, ведь в свое время воспетый Дегтярёвым в музыке подвиг Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского вдохновил тысячи сынов Отечества на борьбу с угрозой наполеоновского нашествия.

Уже после победы в Отечественной войне 1812 года и после смерти композитора высочайшим царским повелением оратория Степана Дегтярёва была включена в программу торжеств, посвященных открытию 20 февраля 1818 года на Красной площади в Москве памятника Минину и Пожарскому скульптора Ивана Мартоса. Это исполнение состоялась в Благородном собрании силами музыкантов императорского оркестра и всех полков гвардии, московских театральных артистов и хора придворных певчих.

Слушательская аудитория названного исторического исполнения насчитывала более трех тысяч человек!

Впоследствии оратория Дегтярёва исполнялась только фрагментарно, и лишь в конце XX века она прозвучала полностью (правда, без участия рогового оркестра), а ее партитура впервые была опубликована лишь в 2006 году, то есть спустя 195 лет после создания!

…4 ноября этого года мы получили истинное наслаждение от великой, но несправедливо забытой русской музыки и от ее великолепного исполнения (как оркестрового и хорового, так ансамблевого и сольного). При этом у нас была и возможность ощутить на себе то особое неповторимое звучание оркестрового баса, в окраску которого свою лепту, на первый взгляд, кажущуюся даже как будто и не очень незаметной, вносит звучание рогового оркестра.

Что касается певцов-солистов, то это был просто редчайший случай, когда все его участники были на абсолютной высоте!

Но особо хочется сказать об австралийце Эндрю Гудвине, ведь внутреннее постижение им идеи русского патриотизма предстало поистине феноменальным!

реклама

вам может быть интересно

Очень редкий пианист Классическая музыка

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть
Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть