Анатолий Левин: «С этим оркестром работать легко и приятно»

18.09.2008 в 21:40

Симфонический оркестр кафедры оперно-симфонического дирижирования (далее — СОКОСД) Московской консерватории появился на свет еще прошлой осенью. Событие это практически никак не афишировалось, и музыкальная общественность столицы не сразу осознала, что речь идет о чем-то принципиально ином, нежели те сборные оркестры, собираемые консерваторией время от времени из числа студентов и преподавателей на какие-то конкретные проекты. Этот оркестр набирался по конкурсу и функционирует на профессиональной основе.

Имя художественного руководителя нового коллектива Анатолия Левина весьма авторитетно в музыкальных кругах, хотя и не слишком на слуху у широкой публики. Долгое время оно ассоциировалось прежде всего с Камерным музыкальным театром Бориса Покровского, где в самом начале своей карьеры молодому дирижеру посчастливилось параллельно с Геннадием Рождественским проводить репетиции легендарного спектакля «Нос» в присутствии самого Шостаковича. Рождественский, в бытность главным дирижером Камерного театра, доверял Левину работу над многими сложными партитурами и со спокойной душой передавал в его руки собственные спектакли. Завсегдатаи театра хорошо знали: если за пультом Левин — значит, высокое музыкальное качество гарантировано.

К сожалению, в прошлом году, из-за затяжных конфликтов с руководством (не с самим Покровским), маэстро покинул театр, в котором работал более тридцати лет, почти со дня основания. Сейчас он все силы отдает консерватории, «изменяя» ей только с Молодежным симфоническим оркестром Поволжья, созданным им шесть лет назад при поддержке Благотворительного фонда Владимира Спивакова, ставшего, помимо всего прочего, уникальной кузницей дирижерских кадров. И когда все тот же Геннадий Рождественский инициировал создание нового консерваторского оркестра, возглавить его он предложил именно Левину.

Прошлый сезон стал для коллектива временем пробы сил и постепенного набора высоты. И ныне он оказался достаточно подготовленным для того, чтобы удостоиться чести открыть сезон Большого зала консерватории. Программа концерта была достаточно рафинированной — притом что все прозвучавшие произведения не относятся к числу сложных для восприятия публики. Для оркестра эта программа также не является экстремально трудной (все-таки не симфонии Брукнера или Малера), но и легкой ее тоже не назовешь. Казалось бы, в сугубо техническом плане играть того же Моцарта не так уж и трудно, но почему-то эта задача не всегда оказывается посильной для наших оркестров, даже куда более именитых и опытных. Однако СОКОСД под управлением Анатолия Левина сыграл Симфонию № 34 не только чисто, без видимых проблем, но еще и стильно и довольно живо. Еще лучше была исполнена «Классическая симфония» Сергея Прокофьева.

Таким образом, классицизм предстал одновременно и в своем подлинном обличье, и в виде изящной, чуть ироничной стилизации "Моцарта двадцатого столетия«.Второе отделение, отданное французским романтикам, открывала превосходно сыгранная «Павана» Габриэля Форе. А в Концерте для виолончели с оркестром Камиля Сен-Санса оркестр оказался достойным партнером одного из наиболее выдающихся виолончелистов наших дней Александра Рудина, чье исполнение этого сочинения заслуживает самых высоких эпитетов. В целом можно сказать, что новый оркестр не только полностью оправдал оказанную ему честь, но и продемонстрировал, что вполне в состоянии конкурировать со многими из столичных коллективов. После концерта, прошедшего с большим успехом, мы попросили Анатолия Левина ответить на несколько вопросов.

— Позвольте поздравить вас со столь торжественным открытием первого сезона вашего коллектива, ставшего одновременно и открытием сезона Большого зала консерватории.

— Да, мы с большим волнением ожидали этого вечера. Когда мне позвонил Тигран Абрамович Алиханов и сказал, что, поскольку у нас есть теперь свой постоянный оркестр, было бы очень хорошо, если бы сезон в Большом зале Московской консерватории открывала Московская консерватория, то я с радостью на это предложение откликнулся. Конечно, времени было не так много (мы вышли из отпуска 28 августа, когда до концерта оставалось чуть больше десяти дней, и сразу же начали готовить эту программу), но все очень старались. Что смогли, то смогли...

— Какой момент можно считать рождением коллектива?

— Мы начали работать с 1 октября прошлого года. Оркестр был набран в сентябре, а уже в начале октября состоялись первые репетиции.

— А по какому принципу формировался оркестр?

— Был объявлен конкурс. Приемную комиссию возглавлял Геннадий Николаевич Рождественский, который заведует кафедрой оперно-симфонического дирижирования, для которой в первую очередь и набирался этот оркестр. Потому что у студентов и аспирантов очень много лет не было оркестра, с которым они могли бы постоянно работать. Конечно, это был большой пробел в их образовании. Учиться дирижированию без оркестра очень сложно. Набирался оркестр в три тура. На первом туре сидел сам Рождественский и слушал каждого, причем очень внимательно. Второй тур — читка, а третий тур — репетиции Первой симфонии Шостаковича. Было две репетиции здесь, в Большом зале, которые я проводил, и в процессе этих репетиций из числа тех, кто был допущен до третьего тура, отбирались первые голоса, вторые голоса и так далее. Конкурс был довольно серьезный, на прослушивания пришло более 150 человек.

— И это не только представители Московской консерватории?

— Нет, есть и выпускники Гнесинской академии, других вузов. Так получилось, что оркестр действительно очень молодой, в нем много студентов. Но мы не делали никакой скидки в профессиональном плане, отбирая людей, которые не были бы новичками в этом деле и уже понимали, что такое игра в оркестре. И мне очень посчастливилось, потому что многих из этих музыкантов я давно и хорошо знаю. Многие были моими студентами еще в училище (теперь это академический колледж) при консерватории. Поэтому с ними очень легко и приятно работать. Кроме того что они в большинстве своем — очень хорошие музыканты, они еще и очень надежные люди.

— Само название оркестра как бы подразумевает, что дирижировать им будут студенты и профессорско-преподавательский состав консерватории...

— Да, но не только. Тем более что он сразу создавался с расчетом на концертную деятельность. С одной стороны, мы активно задействованы в учебном процессе: играли зимние и весенние экзамены четвертого курса, выпускной аспирантский экзамен, и диплом шести выпускников консерватории, прошедший в виде концерта — каждый представил по одному сочинению. Концерт был с публикой и прошел очень успешно. С другой стороны, мы сыграли в Большом зале консерватории ряд просто концертных программ. В этом году оркестру предстоит очень много интересных выступлений. В ноябре пройдет концерт, посвященный 90-летию Кара Караева. Там будет большая программа, включающая в себя сюиту из «Семи красавиц», а также симфонию «Гойя», которую он не успел закончить, законченную его сыном. Интересной будет программа 28 декабря: студенты Рождественского, его аспиранты — и он сам. Программа целиком состоит из произведений Бартока, включая три инструментовки фортепианных пьес, сделанные Геннадием Николаевичем. В январе намечается концерт памяти Льва Власенко, которым должен дирижировать Михаил Плетнев.

— А дирижеры, не связанные с Московской консерваторией?

— Ну, во-первых, только что названный мной Плетнев, который не является профессором Московской консерватории. Потом в феврале или в марте будет концерт под управлением Эри Класа.

— А есть ли шансы у молодых дирижеров, являющихся гражданами других стран? Я имею в виду прежде всего феноменального Азиза Шохакимова, который недавно и, кажется, не без вашего участия появился в Москве в качестве стажера Национального филармонического оркестра России.

— Кстати, Азиз только что в Самаре и Тольятти с Молодежным симфоническим оркестром Поволжья, которым я руковожу, успешно продирижировал труднейшие «Вариации на тему Гайдна» Брамса. Конечно, Азиз имеет шанс, если он станет аспирантом или стажером Московской консерватории. В этом году он собирается экстерном закончить Ташкентскую консерваторию, и вполне возможно, что он приедет сюда. Будет ли это аспирантура или стажировка — не знаю. Все может быть.

— Можно ли уже говорить про какие-то репертуарные приоритеты оркестра?

— Пока мы только начинаем, только разворачиваемся. Если студент со своим профессором выбирают произведение, то это — их приоритеты. Если я провожу какой-то концерт, значит, я и выбираю программу, если приглашается какой-то другой дирижер — выбирает он. А о приоритетах коллектива говорить трудно. Вообще-то оркестр за этот год уже очень много произведений сыграл. Среди них — симфонии Гайдна, Моцарта и примерно половина симфоний Бетховена. Брамса много играли — Первую и Вторую симфонии, «Вариации на тему Гайдна», Скрипичный концерт. Играли Бартока, Прокофьева, несколько симфоний Шостаковича — Первую, Шестую, Девятую... Так что оркестр постепенно набирает репертуар.

Дмитрий Морозов

реклама

вам может быть интересно

Южная страсть гитары Классическая музыка

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Тип

интервью

Раздел

классическая музыка

Персоналии

Анатолий Левин

Коллективы

Московская консерватория

просмотры: 298



Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть
Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть