Частная жизнь астронавта

«Солярис» Стивена Содерберга Тарковского не повторяет

06.02.2003 в 22:59

«Солярис» Стивена Содерберга

Фильм Содерберга выходит в российский прокат в то самое время, когда национальная гордость Америки, космический корабль шаттл «Колумбия» с астронавтами на борту — пятью мужчинами и двумя женщинами, — терпит в небе над Техасом крушение. К трагедиям даже космического размаха, как выясняется, мы тоже привыкли. Еще одна смерть в эфире: за движением корабля следил весь мир, родные и близкие астронавтов. Лицо старика отца первого израильского космонавта показали многие телеканалы. Он тоже наблюдал за сыном посредством прямого эфира. Как раз в эти дни и выходит в российский прокат картина Стивена Содерберга «Солярис», показана она будет и на Берлинском кинофестивале , и наверняка в свете случившегося получит немалый резонанс.

Андрей Тарковский снял свой «Солярис» в 1972 году, экранизировав роман Станислава Лема. Тридцать лет спустя Стивен Содерберг делает ее ремейк, вновь отправляя человека в космос, в далекие галактики, к планете под названием «Солярис». Донатас Банионис (Кельвин у Тарковского) становится Джорджем Клуни у Содерберга, Наталья Бондарчук (Хари — Рея) появляется в облике Наташи МакЭлхоун, которая так же, как ее предшественница, принимает на экране жидкий кислород, чтобы возродиться вновь, и так же женственно прекрасна и очень похожа на Рею Бондарчук. У МакЭлхоун красивый голос, его интонации завораживают.

Люди, выходящие из кинозала после просмотра фильма Содерберга, а это пока еще кинокритики, прокат — впереди, чаще всего недовольно морщатся. Тарковский — наше все, а потому сколько ни старайся, русскому тут не угодишь. Американский «Солярис» — не хуже и не лучше нашего родного, он другой, американский прежде всего, и это сказка нового времени со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Программа «Намедни» с Л.Парфеновым, как всегда, оказалась впереди планеты всей, раньше других встретились ее корреспонденты с Банионисом и Натальей Бондарчук, расспросили их об ощущениях от увиденного. Банионис говорил, что у Тарковского взгляд на мир был иным, для него важна прежде всего душа. А тут больше техники и меньше человека, хотя играют хорошо. Это не ремейк, а иная интерпретация. Н.Бондарчук вспоминала о том, что для Тарковского это был прежде всего диалог с Богом, продолжение «Андрея Рублева», а у американцев — личная история (Кельвин всегда один и видит только ее, свою любимую и единственную), разные фильмы — разные задачи. Оба отмечали высокий актерский класс, говорили о том, что это честная американская картина, с акцентом на слове «американская».

Имея несколько раз счастливую возможность беседовать с Д.Банионисом и о Тарковском в том числе, могу констатировать, что Донатас не раз говорил, что «Солярис» с годами приобретает все большее значение и новый смысл, а это — свидетельство того, что Тарковский оказался чуть впереди других со своей философией. Для него основополагающими были человеческое достоинство, ответственность, которые человек несет перед миром уже в силу того, что живет на Земле. Это сейчас уже, слава Богу, люди понимают, не все, конечно, что человеческая мысль важнее любых эффектов, которые иной раз предъявляют, как банковский чек. И все же Тарковского никто не может повторить, хотя многие и предпринимают такие попытки.

На заветную для нас территорию Тарковского вторгся ныне оскароносный автор «Траффика», «Эрин Брокович», «Одиннадцати друзей Оушена», фильма «Секс, ложь и видео». Продюсировал проект сам Джеймс Кэмерон и Ко, чей «Титаник» получил 11 «Оскаров». Они в течение пяти лет вели переговоры с автором романа и «Мосфильмом», обладающим правами на «Солярис» Тарковского.

Новое время — новый антураж, да кино в плане техники продвинулось значительно. Герой Джорджа Клуни, Кельвин, оказывается на космической станции «Прометей», обставленной новейшей техникой, но все так же находящейся в поле трагической и непонятной планеты Солярис. Там происходят необъяснимые вещи, транслирующиеся на станцию. Что и говорить, космос — опасное дело: было и есть, чему мы стали свидетелями в очередной раз в связи с трагедией шаттла. Тайна станции требует разгадки, объяснений, ведь неслучайна же череда смертей и умопомешательств, происходящих на ее борту. Содерберга, я думаю, все-таки волновали те же вещи, что и Тарковского: тема судьбы, памяти, вины и искупления ошибок, возможность изменить собственное прошлое, задуматься о жизни после смерти. Не ответы важны, но возможность выбора, перед которой оказывается герой. Да, история частная. Он думает о Ней прежде всего, но разве этого мало? Она мертва, но это в земной жизни, а здесь, на Солярисе, жизнь словно бы возвращается к Ней. И можно еще все переиграть и вернуться в прошлое, где Рея жива. Искушение велико. Но как нужно поступить единственно верно — неизвестно.

Содерберг, по его собственным словам, рассказал детальнее о прошлой жизни Кельвина и его жены, чего не было в романе и фильме Тарковского, чтобы установить некоторые взаимосвязи и следствия. Очевидно, ему это не удалось, раз теперь публика задается вопросом: «Зачем астронавту раздеваться в космосе?» Клуни обнажен, его тело ласкает камера. Он лежит рядом с женой и радует зрителя своими мужественными формами. Ну, разделся и разделся — тоже невидаль. Не в этом суть. Но раз народ циклится именно на этом, значит, более существенные вещи ушли. В самом деле, получилась трогательная история любви, к изложению коей и стремились в первую очередь авторы проекта. Разговора с Богом, а тем более выяснения своих взаимоотношений с ним не получилось. Никто к тому и не стремился. Но вряд ли стоит упрекать за это Содерберга. Уж точно, что не ради обнаженки для Клуни он снимал свой «Солярис».

Светлана Хохрякова

реклама

вам может быть интересно

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Тип

статьи

Раздел

культура

просмотры: 946



Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть
Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть